Последние слова дались валькирии с трудом, а в горле от осознания лжи образовался горький ком, но она продолжала держаться изо всех сил, глядя оберегу в глаза.
— Несмотря на свой сокрушенный вид, несмотря на твоё разбитое состояние ты изменилась, дочь моя, а еще как погляжу… стала сильнее. Гораздо сильнее. Ранкар, значит, — усмехнулась тепло Фрея. — Какой интересный юноша. Ранкар Хаззак.
От услышанного полного имени глаза валькирии испуганно расширились, и та с немым вопросом вновь взглянула на Ванадис.
— Разумеется, я в курсе, — с бессменной заботливой улыбкой на безупречном лице, снисходительно кивнула небожительница.
— Арнлейв обо всём доложила. Причем не только о нём, но и о его весьма интересных родичах.
— Я виновата и готова смыть свой позор кровью, — вновь покаялась воительница.
— Достаточно, — чуть повысила голос Фрея. — Зачем мне терять столь ценную дочь? Каждая из вас особенная. К тому же теперь ты стала лишь сильнее. Трудности закаляют. Когда ты восстановишься, то вероятнее всего иерархия сил среди валькирий изменится.
— Не стоит меня жалеть, госпожа. Если я виновата и если я создала для вас проблемы, то я готова смыть свой позор и неудачу кровью.
— Дочь моя, — с материнской улыбкой изрекла Ванадис. — Нет таких проблем, которые я не могу разрешить. Особенно, если эти проблемы касаются смертных. Просто, скажем так, Хаззаки не обычный доминирующий дом. Они выделяются среди других. Всем известно, что у меня есть вы, мои горячо любимые дочери, у Хеймдалля есть яростные эйнхерии, у Видара непоколебимые гармы, на Востоке существуют Возвышенные, у Иерихонских оберегов имеются свои фавориты, так вот у Аххесов тоже есть свои любимчики.
Просто другие небожители благоволят своим избранникам не так явно, как мы, северяне. Именно в этом и заключена суть. Дэймон Хаззак и Имания Хаззак необычные смертные. Брат с сестрой выделяются на фоне множества смертных. Скажем так, они «отмечены» и «замечены». Если не ошибаюсь, то главе дома Хаззак благоволит сам Арес, а Имания приглянулась моей давней сопернице Темиде.
Фьётра ловила каждое произнесенные слово хозяйки, ведь о подобном она никогда не говорила.
— Именно поэтому их дом взлетел столь высоко за столько короткий промежуток времени. Однако всем известно, что аххеские обереги отличаются особой ветреностью. Поверь на слово своей госпоже, — с веселой усмешкой заговорщицки прошептала Ванадис. — Мы так же, как и смертные, часто спорим и ругаемся между собой.
