— Даже если я объясню, то ты всё равно не поймешь, Элейна.
— Я и не хочу понимать! Он грязный аххес, а вы гордая небесная воительница… — не унималась девка, продолжая сипеть. — Как вы могли променять… служение оберегу на какого-то мужчину? Как вы… смогли предать госпожу Фрею⁈
— Не слушай её, Дурёха! А ты захлопни свою мелкую пасть, безмозглая дешевка! — рявкнул свирепо я, а затем без какой-либо жалости ладонью надавил на рукоять спаты.
Из-за очередной порции агонии голубокровная взвизгнула от боли, а её стоны уже напоминали хрипы умирающей.
— Ты действительно считаешь, что вправе кого-то судить⁈ Что ты знаешь о жизни, Мотылёк⁈ НИЧЕГО!!! — холодно выпалил я, глядя ей в глаза. — АБСОЛЮТНО НИЧЕГО!!!
« Прибей эту глупую сучку, Ранкар! — рассерженно выдала Руна. — Она зашла слишком далеко. Голову даю на отсечение, что эта малолетка пришла сюда, чтобы избавиться от тебя! К тому же испортила такую славную ночь! Даже я молчала в тряпочку!»
В какой-то миг из-за наплывая злобы и слов спаты захотелось претворить сказанное в жизнь.
В этот же самый миг наружу вновь стала просачиваться тёмно-алая духовная мощь, но от столь опрометчивого шага меня остановил голос Фьётры, а её ладонь легла на мою щеку:
— Любимый, не надо. Не убивай её. Молю тебя…
А секунду погодя ей тон сменился на ошеломленный:
— Ранкар, ты же… Это же… Когда… Когда ты успел пробудиться? — возбужденно шептала та во все глаза глядя на моё тело.
— Неужели… эссенция пятого масштаба?
Задействовать подавление удалось в самый последний миг.
Подавление всего человеческого…
— Она самая, Дурёха, — с лёгкой хрипотцой подтвердил я, загоняя все эмоции обратно вглубь сознания.
— Когда… ты успел? — с обожанием осведомилась та.
— Во время вторжения демонов в Мергару.
— А почему не использовал на первом этапе? — не унималась валькирия, продолжая зачарованно смотреть на сочащуюся из-под кожи эссенцию.
— Еще рано, — поджал я губы. — Слишком рано. Много непредвиденных факторов. Впрочем, об этом позже. Сейчас есть проблема важнее."
"— Не убивай её, Ранкар, — с мольбой в глазах шепнула на ухо валькирия, кладя свою ладонь поверх моей, которая в этот самый миг находилась на рукояти спаты. — Дай мне немного подумать.
— Если… если я умру, — из последних сил прохрипела Элейна. — То мой отец… узнает об этом.
