— Да я и контролировать себя толком не могу! А что касательно победителя, то говорю же, что ты глупец. Он уже определен! Просто ты этого еще не осознал. Сказал же, что время вышло…"
"Эссенция и черный туман невозможно было никоим образом остановить. Слияние двух разных энергий в мыслях уже давным-давно приняло нужные очертания и необходимое название для возникшей техники:
— Черно-алый арбитр…
После прозвучавшей фразы мощь тумана с эссенцией стали более осознанными и вступили в некий баланс, но их ярость подстёгивалась иным фактором.
Совсем иным.
Первичное состояние неистовства…
Лишь после того как по жилам заструилось проклятое наследие, внутри я ощутил болезненные спазмы, потому как наряду с неистовством в ход полностью вступил третий резерв — Жажда Крови. Только сейчас я осознал, что отныне они оба были напрямую связаны. Один постоянно дополнял другого. И лишь Сущее ведало пределы слияния этих невообразимых сил.
Вот только размышлять над всем оказалось слишком поздно, потому как тело сделало шаг вперед.
— Слышал, что великаны славятся мощью своего тела, — расплылся я в кровожадной ухмылке. — Что ж, пусть будет так. Сейчас я полной мере утолю свою жажду и голод.
— Я ТЕБЯ РАЗДАВЛЮ, КАК КЛОПА!!!
— Боюсь, не выйдет, — осклабился полубезумно я, полностью отдавшись во власть проклятого наследия и эманаций силы. — ВПЕРЕД ГОЛУБОКРОВНЫЙ! ПОКАЖИ ВСЮ СВОЮ УДАЛЬ!!!
Впервые за всё время я услышал, как мой насмешливый, полубезумный и заметно истеричный голос загрохотал над всей центральной площадью.
К Гаммам прикасаться не было никакой нужды, и я будто сумасшедший ринулся вперед без оружия. Главным оружием огненных великанов всегда являлись их руки и тело, но коли так, то пусть всё идёт свои чередом.
Один удар за другим, за вторым шел следующий. Один град выпадов и атак сменялся следующим. Складывалось впечатление, что с любой пройденной секундой всё становилось только хуже. Тьма вгрызалась в пламя, а пламя во тьму. Эссенция пятого масштаба подавляла четвертую, но из-за специфики родословной Овощ держался.
Киданиан возвышался надо мной на полкорпуса и полностью обратился к своему истинному обличию. Каждый его удар намеревался стереть или же испепелить жалкого аххеса в пыль, а я лишь хохотал будто съехавший с катушек псих, но кто бы знал, сколько горечи и боли крылось в этом смехе.
Рост огненного великана достигал почти трёх метров, отчего на его фоне я казался жалкой букашкой. Вот только чем дольше шла схватка, тем быстрее пятился голубокровный.
