Потому как при любом её исходе пострадают интересы империи. Теперь ты понимаешь мой вопрос, Мангустов? И я снова спрошу: кто ты такой?
— Я не знаю, что это за люди, — искренне сказал я. — Поверь, сейчас удивлён не меньше тебя. Ко мне никто не приходил. Вроде. Я вчера весь вечер просто проспал.
— Чистая совесть? — грустно пошутил Олег. — Даже завидую. Но вопрос остаётся: что нам делать? Дуэль допускать нельзя, поверь мне, нам обоим это не простят. И важно! — он вдруг вскинулся. — Это не враньё, я не боюсь поединка, веришь?
— Верю, по всем параметрам ты сильнее меня.
Хотя это ну совершенно не гарантирует твоей победы.
— А вот это мы в ближайшее время, похоже, просто не узнаем. Скажи, какие у тебя планы на Надю? — вдруг резко сменил он тему.
— Я сам не понял, — почему-то откровенничать не хотелось, к чему бы это? Вот забрал бы он её как-нибудь, всем было бы проще. Но это не тот вариант, который я могу допустить в данных реалиях.
Он мне импонировал, не было в нём гнили, какую можно было ожидать от сына чуть ли не второго человека в империи.
Но самому Мышкину об этом знать не стоило. Пока, во всяком случае. Впрочем, я повторяюсь, когда-то давно об этом уже говорил.
— Но, скорее всего, — продолжил я ехидно. — Сделаю ей предложение. Да, и не смотри на меня так! Я к ней очень хорошо отношусь, и, кажется, она отвечает мне взаимностью. Конечно, ты можешь попросить папеньку, чтобы он надавил на род Кобровых, заключить типа политический брак и жить с ней долго и счастливо. Как тебе идея?
— Я вчера и сегодня долго размышлял и пришёл к точно таким же выводам.
Мне хочется, чтобы эта девушка была счастлива. Самое удивительное… — он замолчал, собираясь с мыслями или выбирая формулировку. — Мне важно, чтобы она была счастлива и не обязательно со мной. Бредово звучит? — он вымученно улыбнулся.
— Нет, не бредово, — покачал я головой. — Это и есть любовь в лучшем проявлении, насколько я её помню в твоём возрасте.
Чёрт, вот что я только что ляпнул? Пока не передумал, перемотал время на минуту назад.
— Мне важно, чтобы она была счастлива и не обязательно со мной. Бредово звучит? — грустно спросил он.
— Это звучит правильно, — ответил я. — И так говорю не потому, что ситуация касается меня.
Княжич потряс головой, словно пёс после купания, явно стряхивая лишние мысли.
— В общем! — снова сменил он тему. — Я, Олег Мышкин, приношу свои извинения за своё неподобающее поведение вчера во время обеда!
Ого-го! Нежданчик! Официальные извинения.
