Цитата была из знакомого всем троим мира же! Вот вдуматься, три попаданца, за которыми охотится вся мощь государства, с целью тотального уничтожения, сидят напротив императора. Сюрреализм высшей пробы! А главное, что все трое знают, с мелкими исключениями, о попаданствах друг друга. Так, даже думать об этом не стоит, кто знает систему ментальной защиты главного человека России?
— Но готов вам довериться в данном вопросе, — продолжил Пётр Алексеевич. — Что вы имеете нам предложить? Если это не нанесёт урона здесь присутствующим, я категорически приветствую любые начинания!
Вместо ответа Макс просто встал, взял пузатую бутылку, снял с неё пробку и долго вдохнул её запах.
Подумав, поставил её обратно, и взял следующую. На третьей он остановился со словами:
— А вот это, господа, то, что нам сегодня требуется! Явный запах брусники и большого градуса, с лёгкой ноткой аниса. Великолепное сочетание! Вы же не будете возражать, если мы начнём именно с этой настойки?
И Сергеевич, и император наблюдали за выступлением в лёгком обалдении, я же, привыкший к лёгкости и бесшабашности знакомого демиурга, наслаждался картиной «маслом».
А тот не остановился, он по очереди взял все рюмки и наполнив их напитком, пахнущим полынью и анисом. Был бы я в прошлом мире, я уверенно сказал бы, что это абсент, причём настоящий, который в России запрещён из-за туйона, содержащегося в полыни. То, что продают в магазине под видом абсента, лишь водка с ароматизаторами, похожими на настоящий напиток. Не думаю, что императору будут подавать «слабое подобие левой руки».
— Ну что, друзья! — жизнерадостно провозгласил Макс, поднимая свою рюмку. — Предлагаю за знакомство! Поскольку я действительно рад ему, вы крутые дядьки, да и мир ваш великолепен!
Оба поклонника Кречета неуверенно подняли свои рюмки, а я просто наслаждался их растерянностью. Чокнувшись, мы проглотили довольно вкусный напиток. Это точно был абсент в местном исполнении. В моём мире он странно действовал примерно на каждого десятого, для остальных это был просто крепкий алкоголь.
Надеюсь, ни у кого реакция на туйон не вылезет.
Горло обожгло, император крякнул, но стоически сдержал проявившиеся слёзы. Ну да, градусов шестьдесят — не шутки. А Сергеевич, к моему удивлению, даже не покраснел лицом. Опыт не пропьёшь, точно.
— Ну, не страшно же! — жизнерадостно прокомментировал Макс ситуацию. — Я не поломался, обслуживая нас. Ещё по одной?
— Вообще-то, — мягко прервал его Сергеевич.
