Дриады нашлись во второй и третьей клетках по праву сторону, все четверо. И снова они спали. Я начал переживать, что это опять ненастоящее. Но, когда мой огонёк вплыл в узницу, они зашевелились. Сели, щурясь своими огромными глазищами, пытаясь разглядеть, что происходит.
Через две клетки от них были ещё люди, но их было очень плохо видно. Проходя мимо дриад, я магией огня срезал замки, чтобы они заранее остыли. В этот момент я почувствовал, как стремительно утекает энергия. Похоже, тут даже магическая защита какая-то есть!
В следующей обжитой камере оказались две очень красивые девчонки лет пятнадцати, явно крестьянки, в очередной ещё две, и ещё.
А в самом углу была всего одна узница, взрослая, явно несимпатичная бабенция лет сорока. Но, в её испачканной одежде угадывался охотничий наряд дворянского сословия.
Хороший такой урожай. Куча красоток, которых можно выгодно продать, и дворянка, за которую можно получить выкуп. И всё это происходит в центре Российской империи! Ну, хорошо, на окраинах, но тем не менее! Насколько внимательно я слушал историю, рабовладение в стране не приемлют, и наказание весьма серьёзно.
Открыв все клетки, я сообщил пленницам, что он отныне свободны. Толстуха в охотничьем костюме повисла у меня на груди, размазывая сопли и слюни, но молча, остальные тоже не говорили, лишь тыкали в меня пальцами.
Из погреба я вылез первым, следом появилась дородная дамочка, намочившая мою грудь. Потом, по моей команде поднялись крестьянки. А после я соскочил вниз и скомандовал дриадам на их языке:
— Ведите себя спокойно, ручки прячем, никто не должен заметить, что у вас по четыре пальца, а не как у всех остальных, по пять, — я продемонстрировал собственную кисть.
— От меня не отходим, указания выполняем. И тогда скоро вы окажетесь дома!
Девушки согласно покивали, показывая, что поняли. Но так же молча. Может, у них всех языки повырывали? Уже и не удивлюсь. Впрочем, дома им вылечат что угодно.
Потом выбрался обратно наверх и подошёл к командиру отряда, на груди которого плакала всё та же дамочка.
— Петрович, я забираю своих людей на реабилитацию! — непререкаемым тоном сказал я. — Они все немые, сильно не допрашивай до осмотра врачей. И помни главное, горбуна я не нашёл. Пока не нашёл! Но найду!
— Что значит забираю? — быканул вояка. — У нас, как бы, операция, нужны свидетельские показания! И твои в том числе! Сначала к нам в отдел, а потом реабилитации и прочий бред!
— Звони Алексею Львовичу, — совершенно серьёзно ответил я.
