Эра Мангуста. Том 6 (СИ)

По мере чтения статьи бровки дамы взлетали всё выше, и наконец, не окончив чтения, она с омерзением отбросила от себя газету, словно дохлую мышь с подушки.

— Я уничтожу этого Мангустова! — нежный голосок сменился на рык. — Хотя… насколько достоверна данная информация?

— Не могу знать, — барон уже чуть ли не уткнулся носом в ботинки, пытаясь согнуться ещё сильнее. — Но, из тех данных, что нарыли мои люди, ситуация, описанная в статье, практически полностью исключается. По отзывам купленных нами студентов, Мангустов довольно непримирим, импульсивен, но достоин.

В его психологический портрет ситуация, описываемая в статье, никак не укладывается. Но, сами понимаете, гарантий дать не может никто.

— Понятно… — задумчиво протянула графиня. И вдруг её голос сменился на властный, привыкший повелевать. — Приготовь мой личный вагон, договорись с тем, чтобы я максимально быстро оказалась в Краснодаре. Хоть к товарняку меня цепляй, хоть выделенный поезд, плевать. Не экономь деньги, экономь моё время. Мою любимую гостиницу ты знаешь, организовывай всё.

Выезжаем завтра утром, постарайся всё сорганизовать!

— Как будет угодно, ваше сиятельство, — мужчина, наконец, согнулся настолько сильно, что уткнулся лбом в огромную шкуру перед камином.

Как ему это удалось, история умалчивает, с его фигурой это казалось невозможным, но он смог. Пятясь, он покинул кабинет красавицы.

А девушка, обладающая неимоверной властью в своём регионе, нахмурила милые бровки. Как не кстати!

* * *Предвидение не показывало никаких проблем.

Мы легко дошли до дверей и вошли внутрь. Нас встретил на удивление затхлый воздух, как будто здесь никто не появлялся минимум месяц. Один из магов пошёл направо по коридору, второй налево. Меня же главный задержал у входа. Но угрозы не было.

Спустя минуты оба мага вернулись с грустным вердиктом «редакция не работает очень долго». Но, есть запертые помещения, окружённые серьёзной магической защитой. И в них всем почему-то срочно захотелось заглянуть. Собственно, и мне тоже! Но… я почувствовал знакомую смутную тревогу, мой новый дар опять подал голос.

Пошли мы все вместе, и чем дальше мы продвигались, тем сильнее нарастала непонятная тревога. При этом предвидение, слава Мангусту, показывало, что в ближайшие тридцать секунд ничего не случится.

И вот дверь перед нами. Ничем не примечательная, обычная, деревянная, с белой облезлой краской. Чувство тревоги взвыло, не смотря на то, что в предвидении мы открыли её, она не была заперта.