— О подобной магии или артефакте уже знал бы весь мир! За что мы кормим этих дармоедов-учёных? Или учёных дармоедов! Пусть копают, всё по-любому должно быть намного проще. Андрей не бог, ему двадцатки нет, он ребёнок, подросток! Пускай носом землю роют, уррррроды!
— Как прикажете, господин, — склонилась женщина.
После испытания даром Мангустова, она стала непривычно тихой, не пыталась по обыкновению совратить Дмитрия. Хоть что-то хорошее получилось вследствие провала с полубожком. Дима даже на секунду ощутил благодарность, но тут же выкинул её из головы.
Слабость — позорна, благодарность к врагу — путь к поражению! Он взял рюмку и допил содержимое, горячим пробежавшее по его пищеводу.
— Я всё едино его уничтожу! Не знаю как, но я это сделаю!
* * *Я двинулся в сторону отметки на карте, уходя от прямого направления к проходу домой. И, через десять минут увидел сгорбленную фигурку, нагруженную каким-то грузом, внимательно осматривающую окрестности.
Приглядевшись, я с удивлением узнал в ней Антона Сергеевича. В руках он нёс явно коробки с бронёй. Внезапно.
Увидев нас, он поспешил в нашу сторону, мы сделали то же самое в отношении него. Вскоре стала видна его довольная улыбка. И явная усталость, всё-таки коробки весили.
— Куды ты сбежал? — вместо приветствия наехал он. — Перепугал всех, видел бы ты выражение своего лица! Я тут же броню схватил и рванул вас всех спасать. Насколько я помню, ей всё похрен, хозяин везде выживет.
Вот и… — беспомощно договорил он, и замолчал, виновато разглядывая наши довольные моськи.
— Ты лучший, — растроганно сказал я, разглядывая непонятное выражение вины на его лице. — Я сам просто не додумался, хотя действительно нёсся сюда спасать девчат. Вот только мир оказался намного добрее, и… равнодушнее, чем мне казалось. Не задавайте вопросов, сам мало понимаю, это предчувствия."
"Да, я врал. Им всем. Но и говорил правду. Этот козырь я точно не хотел раскрывать никому.
Слишком крутая способность, если я смогу управлять ей. Менталисты и ментаторы нервно курят в сторонке. Мой дар превосходит подобное мастерство на голову, если не на две. Ага, одна голова хорошо, а две — уродливо.
— А что за подарки про броню? — весело поинтересовалась Коброва, протягивая изящные ручки к коробкам. — Можно?
— Конечно, — усмехнулся старый, явно отходя от собственного проявления чувств.
