Эволюционер из трущоб

Ярослав поклонился и открыл ей дверь машины. В этот момент я облегчённо выдохнул. Похоже, и с дьяволом можно договориться, если очень захотеть. Я вернулся в барак и заснул крепким сном. Правда, пробуждение мне не понравилось.

Я вскочил под звуки сирены и уставился на Ивана Викторовича, стоящего рядом с моей кроватью.

— Ну что, Михаил Константинович? Идём в подвал. Покажешь, достоин ли ты учиться в старшей группе, — хмыкнул Углов и пригладил чёлку.

Я вскочил с кровати, мигом оделся и последовал за ним.

Пройдя через коридор, мы попали в тамбур. Спереди дверь, ведущая на улицу, а слева — тяжелая стальная дверь в подвал, снабженная массивным замком. Углов открыл её и пропустил меня вперёд.

Бетонные ступени по кругу уходили глубоко вниз. Их освещали мерно потрескивающие люминесцентные лампы. На серых бетонных стенах бурели кровавые разводы, оставленные теми, кто спускался сюда до меня. Сражения с разломными тварями не всегда заканчивались счастливым концом. Едва я сделал пару шагов, как ощутил смрадный запах разложения и крови.

— Не передумал? — донёсся голос Углова из-за спины.

— Конечно же, нет, — ответил я и тихонько выдохнул.

Адреналин заструился по телу, заставив руки дрожать. Из глубины подвала донёсся утробный рёв, от которого, как мне показалось, задрожали даже стены.

— А вот и твой противник. Проснулся наконец, — усмехнулся Углов и подтолкнул меня вперёд. — Ну, что же. Не будем заставлять его ждать.

Глава 17

Мы спустились по винтовой лестнице вниз и оказались в помещении, заставленными огромными клетками.

В ширину они были по десять метров и пять в высоту. Таких клеток я насчитал десять штук. Они были расставлены по кругу, так, чтобы стоящий в центре человек при желании мог наблюдать за всеми боями, не бегая туда-сюда.

В дальней части помещения виднелась стальная двустворчатая дверь, за которой и раздавалось услышанное мною рычание. Весь пол усыпан красноватым песком, а на стенах за клетками висит богатый выбор оружия.

Всё, что душе угодно. Мечи, копья, булавы, топоры, кинжалы, щиты, а вот огнестрела не было.

Зато имелись луки и арбалеты. Они были в идеальном состоянии, что говорило о том, что стрелковое оружие на арене не жалуют.

— Михаил, ты здесь для того, чтобы пройти проверку на смелость. Понимаешь, о чём я? — спросил Углов.

— Хотите посмотлеть, хватит ли мне духу убить лазломную тваль? — ответил я, продолжая рассматривать помещение.

— Именно так.