— Малый! Очнись! — кричал лекарь, который вытаскивал меня на носилках с песков арены. — Во! Глаза открыл, уже дело. — Он встряхнул меня за плечи, а после усадил на край кушетки и посветил в глаза. — Чё вырубился-то снова? Переволновался что ли?
Беглым взглядом окинув комнату, я понял, что тут не один. Петров лежит на соседней койке и ему накладывают швы на ногу. Рядом сидит Юлия Ильинична и дышит сквозь маску кислородом из баллона. Фух. Вроде, все целы.
Я почувствовал сильный зуд между пальцев рук и ног.
Опустив взгляд, обнаружил там засохшую плёнку, прилипшую к коже пальцев, и, пока лекарь не заметил последствия мутации, решил устроить для него театр одного актёра.
— Дядинька, я патирял сазнание патаму что нидаидаю! Очень кушать хочется! — я посмотрел на него максимально жалостливым взглядом и сложил руки перед грудью в молебном жесте.
— А-ха-ха! Да кому ты заливаешь? Я ж знаю, что ты на первом месте рейтинга и жрёшь от пуза, — рассмеялся лекарь и, осмотрев меня с ног до головы, добавил.
— Хотя ты тощий, как щепка. Может, у тебя глисты?
— Нет у меня никаких глистов, — возмутился я.
— Ха-ха! Гляди-ка и дефект речи мигом пропал. Ладно, дуй отсюда, без тебя хлопот хватает.
— А можно вас на минутку? — заговорщически шепнул я, наклонившись к врачу, когда он приблизился я прошептал. — Можно меня освободить от закалки?
— Чего? Нет конечно, — хмыкнул врач.
— А если я заплачу? — я хитро прищурился и достал из кармана СМ (Слезу мироздания).
— Хе-хе.
А ты развит не по годам, но если я соглашусь, то меня подвесят за бубенчики. Взяточничество всё-таки наказуемо, — улыбнулся лекарь и потрепал меня по волосам.
— Жаль. Ну, я хотя бы попытался, — философски сказал я, спрыгнул с койки и направился на выход из лазарета.
Все занятия сегодня отменили. Территорию пансионата заполонили гвардейцы Архарова и принялись рыбачить. Да, звучит бредово, но по-другому это не описать. Ближе к вечеру бойцы привезли бычью тушу, обвязали цепью и стали забрасывать в воду.
И сколько бы раз они ни забрасывали приманку, каждый раз на неё клевала то одна, то сразу две твари. Их вытаскивали на берег и мелко шинковали мечами."
"Ребятня прилипла к окнам и, затаив дыхание, следила за работой профессиональных военных. Я же сидел в своей комнате и наблюдал за происходящим из персонального окна! Как будто выкупил целую ложу в театре и наслаждаюсь представлением.
Гвардейцы действовали слаженно.
