Эволюционер из трущоб. Том 6

Правда тащить эту пакость на себе не хотелось бы, — задумчиво сказал я и посмотрел вдаль.

Там виднелась деревушка. Уверен, там уже выгребли всё ценное, но шанс найти телегу или прицеп всё же имелся.

— Мы можем вернуться в Ленск волоча на собственном горбу туши гарпий или заглянуть в ближайшие деревни и поискать там какую-нибудь телегу. Что выбираете?

— Конечно идём за телегой! У меня после прошлого раза спина ещё не прошла, — выпалил Макар.

— Бедолага какой, — хмыкнул Серый. — А когда пистолет воровал, согнувшись в три погибели, чтобы не заметили, спина тебя не беспокоила.

— Само собой. Пистолет-то лёгкий, — улыбнулся Макар, продемонстрировав щель от выбитого зуба.

— О-о-о! — протянул я. — Отряд не заметил потери бойца?

— Ты о чём? — насторожился Макар.

— Языком пощупай, все ли зубы на месте.

Макар быстро прошелся языком по зубам и обнаружил, что в нижнем ряду не хватает двух штук.

— Вот же твари! — выругался он и пнул тушу дохлой гарпии. — Придётся вас сдать Шульману, чтобы оплатить стоматолога.

— Не переживай. Это же молочные зубы, — попытался Серый успокоить Макара.

— Ага, пей больше молока — и вырастут новые. Гы-гы, — пошутил Леший, но никто не засмеялся.

— Идиот, — оценил шутку Прохоров.

— Всё, закончили зубоскалить, — приказал я и выбросил из хранилища рюкзаки. — Забирайте свой скарб, и пойдём искать телегу, а я пока соберу наиболее уцелевшие туши.

Так и поступили. Среди вороха кишок и отрубленных частей тел я выбрал пять отлично сохранившихся туш и ещё две незначительно пострадавших.

Да, можно было пойти дальше налегке, но в аномальной зоне куча тварей. На запах крови могут сбежаться вервольфы и всё сожрать к нашему возвращению, тогда мы останемся без добычи. А этого я допустить не могу.

Леший шел следом за мной и вырезал Слёзы Мироздания. За ним летал комарик и собирал образцы крови, которые я бережно переносил на визитки. Кстати, нужно закупиться белой бумагой, а то у меня уже заканчиваются листочки.

Леший ссыпал мне в карман двадцать Слёз Мироздания, и мы могли отправляться. Но задержались ещё на пару минут, чтобы просушить одежду от пропитавшей её крови.

Ребята снимали с себя куртки со штанами, а после передавали нам с Артёмом для просушки. Прохоров вечно бухтел, что те с ним по гроб жизни не расплатятся. Но ребята ржали и говорили, мол, «Давай, прачка, паши на благо рода!».

Обсохнув, мы двинули по дороге Ленск — Кунгур.