Кайа. История про одолженную жизнь. Том 4. Часть 1

Очень на это надеюсь… — услышал я ответ тетушки.

— Кайа Игоревна…? — услышал я вопрос (хотя скорее утверждение), когда, совершив все необходимые манипуляции, вышел из уборной для гостей.

— Да, это так. — ответил я, обернувшись на невысокую и очень милую девочку (прямо-таки ангелочек!) лет двенадцати-тринадцати, одетую в униформу горничной, на которой всяких рюшечек было поболее, чем у прочих.

— Александр Генрихович велел проводить вас к нему. Идите за мной, пожалуйста.

— Пойдем. — согласился я и мы потопали (я шел едва ли не вприпрыжку от распиравших меня разнообразных эмоций) в сторону лестницы на второй этаж (я продолжал лыбиться всем встречным гостям).

— У вас очень красивое платье… — негромко сказала девочка, когда, поднявшись на второй этаж, мы шли по коридорам (дом реально здоровенный…некомфортно здоровенный, я бы даже сказал), до сего момента шедшая молча.

— Спасибо… — ответил я девочке, разглядывая шедевры искусства, мимо которых пролегал наш путь (ради этой «выставки», уверен, ограбили не одну страну…). — Но у тебя тоже очень миленький наряд, да и сама ты симпатяга.

— Мне тоже нравится, да… — покраснев, сказала девочка. — Нам сюда.

— Спасибо, Люба. Возвращайся к нашим гостям. — безразличным тоном велел своей маленькой горничной Александр Блумфельтд (в данный момент играющий в биллиард сам с собой и явно успокаивающий нервы), когда мы с ней вошли в помещение.

— Как скажете, Александр Генрихович… — степенно ответила девочка и, в последний раз бросив на меня взгляд, вышла, прикрыв за собой дверь.

Типчик этот, продолжая свою игру, внимания на меня не обращал, так что я молча прогулялся до одного из массивных кожаных кресел цвета кирпича (уверен, «по-научному» этот цвет называется как-то иначе, но…), куда и уселся (можно сказать, утонулы в нем), найдя такое положение, в котором живот болел менее всего, принявшись затем разглядывать помещение, оказавшееся весьма небезынтересным.

В этом помещении (несмотря на то, что располагается оно на втором этаже дома) не было окон. Вообще, ни единого. Их роль выполняли огромные дисплеи, демонстрирующие виды Имения Блумфельтдов.