Кайа. История про одолженную жизнь (том Пятый, часть Первая) (СИ)

 — сказав это, один из водителей, служащий в нашей Семье (я узнал его), потащил Иин чемодан в сторону служебного помещения.

Ну как чемодан, и как потащил…

В него, по-моему, влезет все необходимое для того, чтобы уверено себя чувствовать даже в чудесном мире зомби-апокалипсиса, хотя и не уверен, что поместилось все желаемое Ией.

Интересно, как она доперла это чудо, даже с учетом всевозможных носильщиков…

Впрочем, чемоданище тут же ответил на этот вопрос сам…

…бодро покатив за водителем, слегка придерживающим его за ручку, ибо оказался оснащен электродвигателем.

— Подождите! — оторвав наконец взгляд от чемодана, велел я, когда водитель был уже на полпути к служебному помещению, а затем, спешно догнав его, зашипел, выразительно сигналя бровями. — Это багаж моей гостьи!

— Прошу прощения за неудобства, но у меня есть четкое распоряжение от мадам насчет того, что необходимо тщательнейшим образом проверять весь багаж у тех, кто прибывает в хозяйское крыло, ведь туда кто-нибудь мог подбросить что-нибудь нехорошее.

Я подавил раздражение. Если матушка велела, то…

— Да все нормально! — подойдя, Ия взяла меня под руку. — Меня сразу предупредили о том, что вещи станут проверять, а то мало ли чего могли подбросить в поезде.

— Доставьте ее багаж в мой номер, пожалуйста. — велел я напоследок, и мы с Ией направились к лифту.

— Знала бы ты, как я обожаю подобные виды, Кайа! — заявила «подруга Ия», уже переодевшаяся из дорожного (которое хотя и выглядело, как всегда, весьма экстравагантно, но казалось очень практичным в дороге) в домашнее (чемодан уже прикатили), встав у окна и, разве что, не уткнувшись в него носом, после того как мы неплотно поужинали тем, что доставили из ресторана.

Ресторан при «L’étoile du nord» — одно из самых известных и пафосных столичных заведений подобного рода (кто бы сомневался), хотя, в отличие от самой гостиницы, и не принадлежит Филатовым.

Вход в ресторан отдельный.

И вполне естественно, что по вечерам возле этого кабака начинается прямо-таки парад пижонства и тщеславия. И сегодняшний вечер, несмотря на государственный траур, исключением не стал.

— Влюблена в него? — Ия внезапно сменила тему, а затем, отлипнув от окна, обняла меня сзади, уткнувшись носом мне между лопаток, и в ее тоне слышалась неприкрытая ревность и обида. — Знаешь…

Я ощутил, как у Ии начался заметный тремор подбородка.