Кайа. История про одолженную жизнь (том Пятый, часть Первая) (СИ)

И дойдя до девятнадцати…

Когда, продрав глаза и зевнув, уселся на кровати, я, несмотря на то что выспался прекрасно, ощутил сильнейшее беспокойство, а затем, оглядевшись вокруг…

Моя постель оказалась в полнейшем беспорядке: две из трех подушек валялись на полу; простынь вся скомкана; а пододеяльник, даром что пошит из шелка, оказался и вовсе порванным.

А затем…я, что, ко всему прочему еще и описался?

Провел рукой по простыне. Все мокрое насквозь…

Запах. Нет, я не описался, это пот.

Вся кровать оказалась пропитана моим потом: матрас, подушка, одеяло… Все!

Я провел ладошкой по своему телу, липкий…

Обхватив голову руками, я принялся вспоминать.

А вот следующий сон…

Я крепко зажмурился, силясь вспомнить, что же видел в том сне, а затем…

Из памяти всплыл образ симпатичной высокой рыжеволосой женщины с мученическим выражением на лице и на моих глазах появились слезы…

А затем образ мамы исчез, и…

Филатова Женя, одетая в свой легкомысленный халатик.

Это сводный брат Кайи, мой сводный брат, в этом я отчего-то был уверен наверняка…

Если прямо сейчас ничего не предпринять, то и этот сон тоже станет былью, а этого случиться не должно… — подумалось мне.

Совершенно обезумевшая Женя и я…Кайа — единственная наследница своих приемных родителей, ненавистная всем прочим членам Семьи барышня.

Нет, матушка, ты не права. Это не я защищаю сводного братца, твоего сына, а он меня. Одним лишь фактом своего существования. И пока его сердце, крошечное в данный момент, бьется, я, будучи по факту лишь воспитанницей, незначительной, в общем-то, фигуркой на Семейной «игровой доске», от которой ничто не зависит и на которую нет никаких особых расчетов (кроме, конечно, предстоящего любовничества, да и то теперь уже…), пребываю в относительной безопасности, ибо…

Я тряхнул головой, прогоняя неуместные в данный момент мысли.

— В этот раз я должен разорвать петлю, в которой оказался. Я должен выбраться из этого ада перерождений! — весьма истерично прошептал я, размяв ладошками лицо, а затем встал.

Нужно сходить в душ… — подумал я, ощущая неприятную липкость кожи. — Нет! Хрен с ним, душ подождет!

Торопливо надев пижаму, я практически бегом покинул спальню.