Пытаются понять, как закрыть дверь. Если не смогут, то утром решим, что делать.
— А почему — утром?
— Сначала они должны вернуться из своего путешествия. Если оно затянется, первые лучи солнца всё равно позовут их назад.
— Тогда идём к костру, — решил я. — Поглядим, что за мразь всё это устроила.
Я взял Шасти за руку, и мы побрели по болоту к дыму и людям.
Это был даже не костёр — куча сырых веток. Чтобы разжечь тут что-нибудь как следует, нужно было идти за хворостом к лесу.
Как я ни силился, но разглядеть смог только два мужских силуэта.
Было очень темно — даже малый серпик луны, что провожал нас в дорогу, ушёл за тучи.
Мы чуть не забрели с Шасти в глубокое место, но кое-как выбрались на твёрдую землю. И тут один из мужчин зажёг факел, и я увидел, что это Айнур.
Они с Чиеном стояли над телом шпиона. Рядом валялась голова ютпы и лежал Кима. В неверном свете факела было видно, что мальчишка озяб — его била дрожь.
Шасти выдернула ладонь из моей руки и кинулась к Киме. Захлопотала над ним, развязала поясную сумку, в поисках нужного снадобья.
А я подошёл к шпиону.
Он лежал на земле между Айнуром и Чиеном и дышал так тяжело, словно тело его всё ещё пылало демоническим огнём.
Кто он, я понял раньше, чем увидел лицо. Потому что Чиен обернулся ко мне, и я увидел болезненную гримасу, исказившую его черты.
Я понял — раз Кима шёл сюда с Эльдэ, сыном Чиена, значит, предателем и шпионом был именно этот худощавый, но, в общем-то, симпатичный парень. Сын…
Вот же не повезло фехтовальщику.
Эльдэ задыхался, и глаза его были закрыты.
— Живой? — спросил я. — Эй, тварь болотная? Ты живой?"
"— Этого не может быть, — выдохнул Чиен и замотал головой. — Эльдэ не мог! Это случайность! — Он наклонился к сыну и тряхнул его за плечи: — Открой глаза! Скажи, что это не так! Что мы ошиблись!
— Он хотел бросить меня в болото! — прошептал Кима. — Как жертву.
Эльдэ вдруг открыл глаза и сел. В нём словно проснулась какая-то чужая, нездешняя сила.
— Мальчишка врёт! — сказал он, оскалившись в нехорошей улыбке.
— Это он сам полез топиться в болото! Я только пытался его спасти!
Кима закашлялся, не в силах ответить. Слёзы выступили у него на глазах.
А сын Чиена продолжал оправдываться. Довольно твёрдым голосом и с наглой улыбкой.
— Это вы распустили своих зайцев! Он бросил в болото амулет призыва и выманивал оттуда ютпу! Явно не в первый раз! Это не мальчишка, а порождение Эрлика!
Чиен замер, не в силах спорить.
