Вот такие, как эта верёвка-змея.
Чиен, его ближник, крепкий сердцем и выносливый воин. Но заметно, что недавно он пережил сильное горе. Потерял кого-то в бою?
Значит, уязвим и Чиен. Нет ничего проще, чем поднять мертвеца и расспросить его, узнать тайну случившегося. Так что подход к драконьему воину тоже несложно будет найти.
Йорд? Ну, этот камень в фундаменте башни оказался бревном и давно сгнил.
Йорд ходит под печатью. За обещание снять её, он сделает для Нишая что угодно.
С дикарями — сложнее. (Колдун перевёл мысленный взгляд на малоподвижное лицо Ичина.
)
Воин-шаман — опасное сочетание. Но вот магическая рана на его руке не окончательно зажила, и это уже интересно. Ведь пятно на запястье — это же следы смертельной магии?
Как и где шаман получил свою рану? Каким оружием?
Надо бы посмотреть на пятно поближе. А вдруг есть шанс вернуть свой меч, что висит сейчас у Ичина на поясе?
Но опаснее всех Майман — самый непредсказуемый из дикарских вождей. Он умеет наблюдать за людьми, как Нишай, умеет посмеяться над собой.
Против него сгодится только одно оружие — острый меч. А меча-то и нет…
Нишай вздохнул и открыл глаза.
И тут же росток в горшке вздрогнул, наливаясь голубоватым светом.
— Смотри! — прошептал Нишай, и девушка подняла голову от книги.
Прошептала потрясённо:
— А что это с ним?
— Он переходит из фазы почки в фазу лозы, — пояснил Нишай. — Ищет свою дорогу между мирами. Тянется туда, где сможет распустить свой цветок, создать новое неизведанное магическое пространство, новые земли!
Шасти улыбнулась сиянию:
— Он прекрасен! — прошептала она.
— А как вы нашли жабий камень? — спросил Нишай.
Он только читал об этом удивительном артефакте.
— Камень был в голове у ютпы, поднявшейся из самой глубокой бездны, — ответила Шасти, любуясь постепенно угасающим сиянием. — Никто ещё не видел таких чудовищ!
— Видели, — улыбнулся Нишай. — Ведь в книге есть описание жабьего камня."
"Сияние стало стихать. Росток был ещё слаб, его всплески быстро угасали, но скоро он будет светиться постоянно, и тогда ему понадобится кровь.
— А я не читала про таких свирепых и страшных тварей, — продолжала рассказывать девушка. — У неё огромные лапы, а голова — как камень. Кай и Чиен зарубили её у болота.
— Но как она сумела выбраться из преисподней? — нахмурился Нишай.
— Я думаю, кто-то из колдунов пытался открыть на болоте короткий путь в преисподнюю, — предположила Шасти.
— Шудур? — Нишай дёрнулся сесть.
