Они не то, чтобы видели её, но ощущали какой-то подвох, тёмный след, ужасающую черноту магии Эрлика.
Он быстро встал, чтобы оказаться подальше от сидящего на земле Игеля. Спросил у Лойчена:
— А мне можно немного пофехтовать с вами?
Он хотел прощупать тех, кого учил этот Кай. Судя по трупам ютпы, он был мастер клинка.
Болотную тварь нельзя было поразить даже драконьим мечом, если не узнать её уязвимых мест. Рубить ютпу с маху, снизу вверх, как человека, было бесполезно. Только поперёк тела. Или — вгонять клинок в брюхо.
Знающий это — просто обязан быть мастером!
— Так уже всё, кончилось фехтование! — рассмеялся Лойчен. — Сейчас прихромает Йорд и будет учить, как правильно стартовать с земли при команде «подъём» или «атака». Он вчера это обещал.
— Так вас и на волках учат летать? — не очень удивился Нишай.
Дикарей вообще-то и собирались учить полёту и бою в воздухе, а вовсе не фехтованию.
— А то! — влез самый старший парень, Тош. — Фехтование — это вообще Кай придумал! Йорд считает, что достаточно уметь тыкать мечом и не падать при этом с волка!
Мальчишки засмеялись.
— А ещё, Кай обещал научить нас читать! — влез Кима.
Нишай чуть качнул головой: читать? Дикарей?
Да… Бардак в лагере царил знатный. Знал бы Шудур, что тут творится, чёрной желчью бы захлебнулся.
Это же надо, вот этого, тощего и ободранного полузверька — учить читать! Ещё бы волков читать поучили.
— А почему Йорд такой… странный? — решился спросить Нишай.
Ему хотелось узнать, понимают ли мальчишки, что вайгалец — под печатью сильного колдуна? Что он готов слушаться приказов, произнесённых особым образом любым мастером чёрного слова, понимающим природу его печати?
Нишай был почти уверен: он тоже сумеет приказать Йорду.
То-то будет смешно, когда «учитель» кинется рубить своих же учеников!
— Йорд — вайгальский дюжинный, — пожал плечами Лойчен. — Каким он ещё должен быть, когда вокруг воины правителя Юри? Наверное, ему это не нравится!
Мальчишки ответили ему хохотом. Кима даже повалился на землю, прижимая грязные ладони к тощему животу.
Дикариная мелочь совершенно развеселилась, только Игель, парень с туманными глазами, не улыбался и так же странно смотрел на Нишая. Словно видел в парне-охотнике его страшный изъян.
Но тут из юрты вышла Шасти, и весельчаки сразу забыли про разговоры о фехтовании.
— Эх!.. — выдохнул Тош и цокнул языком. — Сладкая какая, как малина в лесу!
— Отвернись! — посоветовал ему Лойчен. — Девушки — штука опасная.
