А вот это реально интересно, особенно если учесть, что это первая подобная хреновина, что я видел. И редкость совсем не удивительная при цене каста в сто тысяч золотых. Ведь жемчужина после такого расхода, даже если потом её положить рядом с кристаллом Пушкина, будет заряжаться несколько месяцев. А в обычной среде годы.
— И сколько такой меч стоит? — спросил я, заранее приготовившись испытать шок.
— Тут используется сверхпрочный сплав… — начал презентацию продавец.
И вышла она у него весьма впечатляющей.
И да, чтобы сделать подобные руны просто пыли жемчужин огня недостаточно, нужен опытный мастер с большим резервуаром маны или близость мощного огненного кристалла.
— … А также, как видите, тут предусмотрена возможность укрепить зачарование огня другими стихиями, — закончил речь Пряморуков и замолчал.
— Вижу, — кивнул я. — Так сколько стоит-то?
— Двадцать пять тысяч рублей. Разумеется цена жемчужины не входит, вам придется вставить свою.
— Дорого.
— Да, но и вещь хорошая.
Лично я оценивал этот меч тысяч в пятнадцать, и нужен он мне был не для практического использования, а прежде всего как образец того, к чему надо стремиться.
— Возьму за двадцать, — подключив магию контроля, неуверенно объявил я. — И то только для того, чтобы сэкономить вам и мне время.
Хозяин сделал вид, что тоже сомневается, а потом широко улыбнулся…
— Так и быть, согласен! И только потому, что приятно будет видеть такой меч в руках знатока! Оплата наличкой?
Ответить я не успел.
Кое-как пробившись через рычание вокалиста и грохот барабанов, до нас донёсся звон колокольчика, и в полумрак магазина буквально влетел высокий светловолосый худой парень лет двадцати пяти. Судя по кольцу, это был безземельный барон, а судя по весьма криво сидящему костюму, не самый богатый.
— Я беру его!
Визитёр в несколько огромных шагов пересёк комнату и, вклинившись между мной и продавцом, ткнул пальцем в мой меч. При этом он весьма невежливо толкнул меня спиной.
— Мы вообще-то говорим, урод! — крикнул я ему на ухо.
Ну да, вырвалось. Да и вообще в последнее время нервишки стали шалить. Да и где хорошие манеры взять, если каждый второй встречный аристократ пытается меня убить или влезть без очереди? А ещё живу я в деревне, и, когда идёт стройка, мужики зачастую используют мат для связки слов. И стройка там идёт всегда.
— Чего? — Визитёр резко развернулся. — Это ты мне?
— Ты здесь других уродов видишь?
Блин, опять вырвалось.
