— Надеюсь, я прошёл испытание?
— Прошли, — кивнул визитёр и сложил руки на груди. — Но у меня появился другой вопрос.
И, кажется, я даже знаю какой.
— Я хотел бы поговорить о вашей магической силе. Вернее, о просто феноменальном владении магией воздуха.
Действительно знал.
— А это точно находится в вашей компетенции? — невинно спросил я. — Мне казалось, что секреты рода неприкасаемы.
— Это так. — Впервые за всё время знакомства Дубровский выглядел растерянным. Не сильно, но всё же факт примечательный. — Потому это не требование, а… просьба от патриота к патриоту.
О, как мы запели!
— Если вы поделитесь секретом, империя может дать вам очень много, Дмитрий Николаевич! В это тяжёлое время ваш дар может нам очень пригодиться! Вы же как-то включили второй манок с такого расстояния.
Не-не-не… Во-первых, патриот сейчас в палатке в лучшем случае только один, а во-вторых, рано вам такие вещи знать.
— Геннадий Станиславович, к сожалению, вы ошибаетесь и меня переоцениваете, — тщательно подбирая слова, принялся заливать я.
— К включению второго манка я никакого отношения не имею. Да и секрета никакого нет. Да, я владею не только магией воздуха, но и остальными тремя, но самое главное, у меня просто очень большой магический резервуар, а так я делаю то же самое, что и остальные. И то, как вы видите, после такого активного использования магии меня всегда вырубает.
— Но откуда у вас такой резервуар? У вас в роду ничего такого не было!
Что ж, пожалуй, это подходящий момент, чтобы немного легализовать свои способности.
— Я вам могу сказать своё предположение на этот счёт, если вы пообещаете в ближайший месяц не вызывать меня в столицу, а также поверите, что я больше ничего не знаю, и выполните мою маленькую материальную просьбу.
— Обещаю! — нетерпеливо склонился ко мне главный разведчик империи.
Не очень правдоподобно, ну да ладно."
"— Мне кажется, но повторю, я точно не уверен… В общем, мне кажется, что, когда я был маленьким, примерно в возрасте от восьми до четырнадцати лет, мне в еду подсыпали какие-то экспериментальные препараты.
Они и усилили меня.
— Ваши родители⁈
— Думаю, что за этим стоял кто-то другой, а они лишь дали согласие.
— И закончилось это около пяти лет назад… — глядя в потолок палатки, задумчиво и явно что-то считая, пробормотал Дубровский.
— Вы что-то об этом знаете? — осторожно спросил я.
— Нет, — опомнился разведчик. — И вы забудьте.
О как!
— Мне это чем-то грозит?
— Нет. Но сильно распространяться на эту тему не стоит.
