Ноги предательски дрожали, в горле мигом пересохло. Аура абсолюта [7] давила на голову и плечи. Но руки уже порхали над Гуготом, проводя сканирование тела.
Физическое тело патриарху Дадэнфел предшественники Сары уже давно восстановили. Дункан как-то раз даже руку человеку отрастил!
[Говорят, старшие магистры-целители [5] способны и не на такое.]
Сейчас проблема лежала в ином пласте — точнее, в духовном теле. Едва восстановленные энергоканалы функционировали еле-еле. Первый, второй и третий слой в духовном теле также имели следы пройденного восстановления.
Вот только поставленные целителями заплатки почему-то плохо приживались.
Сара нахмурилась. Копнула ещё глубже, и ещё… И, наконец, с больши-и-м трудом разглядела на пятом слое глубоко укоренившееся пожирающее проклятье. Клякса, похожая на амёбу, грызла нити энио — те самые, что соединяют душу с духовным и физическим телом пациента.
Сосредоточенный взгляд Эн-Палмер тут же прикипел к скрюченному орку-шаману. Гробозуб — единственный мастер проклятий в Аквитании, если быть точнее.
— Мы пытались-чви, — проскрипел малефик и тут же зашёлся надсадным кашлем с кровью. — Кхе… Двойное посмертное проклятье. Меня эта чви-раза тоже зацепила. Пока целители убирали её воздействие на плоть, проглядели второй эффект, укоренившийся в глубоких слоях духовного тела.
Старший шаман исподлобья взглянул на леди."
"— Что, чви-ловек… Тоже скажешь, что старый Гробозуб во всём виноват? Меня хоть и зовут мастером проклятий, но даже я-чви не знаю, как справиться с этой напастью.
Никогда не видел ничего подобного. Па…циент сопротивляется. Я это чувствую. Ты тоже. Но проклятье чудовищно сильно и продолжает медленно отделять душу от тела. Тот, кто его создал, специально его так настроил. Хотел, чтобы близ… окружение сильных одарённых прочувствовало неотвратимость смерти.
Пациент на операционном столе вдруг шелохнулся, а потом резко дёрнулся всем телом. Из-под дыхательной маски и полотенца донёсся хриплый голос.
— Они вернутся, Далинэ!
И уже более тихий голос повторил:
— Они вернутся…
В палате повисло тягостное молчание. Никто из врачей не дёрнулся проверять состояние пациента и записывать его, возможно, последние слова. Смотря на них, Сара поняла всё за секунду. Гугот приходит в себя не в первый раз… И, скорее всего, повторяет одно и то же: «Они вернутся!»
— Кхм, — стоявший в сторонке Аарон кашлянул, привлекая к себе внимание.
