Оставшееся время: 23 часа и 15 минут.]
Теперь понятно, чем заняты участники турнира, прибывшие в долину раньше меня. Кто-то уже призвал монстра и на своём опыте проверяет, что к чему.
Отойдя от основной массы участников подальше, я нашёл свободный ринг. Рядом с ним как раз крутился один из храмовников-наблюдателей. При моём появлении у него глаза на лоб полезли.
— Чак… Чак Норрис? Ух! Вот так везение мне привалило, — святоша прошёлся взглядом по мне с ног до головы. — Может, экипировку у кого-нибудь попросите? Слабые монстры здесь не призываются.
— Мы знакомы? — с удивлением смотрю на наблюдателя.
— Нет, что вы! — затараторил тот. — Никогда вас раньше не видел. Даже в Теоне и Аквитании не бывал. Мне интерфейс ваше имя и количество набранных баллов подсказал. Вот я и удивился, что вы именно ко мне подошли. Чак, вы же не просто лидер рейтинга, а тот, кто всем остальным участникам турнира планку задаёт. На третьем этапе все они будут пытаться вас догнать.
— Удачи им! — сверкая голым, задом вхожу на ринг.
Тотчас перед глазами всплывает окошко сообщения.
«Укажите ставку.»
Выставляю ползунок на десять баллов и тут же вижу сообщение.
«Существо призыва: пик ранга учителя [3]. Опасность: высокая. Вы уверены в сделанном выборе?»
Вот оно что! Есть краткая информация о противнике. Возвращаюсь к предыдущему окошку и меняю ставку на двадцать баллов.
«Существо призыва: пик ранга магистра [4]. Опасность: смертельная. Вы уверены в сделанном выборе?»
Тут сзади раздались шаги. К моему кругу призыва подходил азиат со свитой из трёх парней.
Я заметил его краем глаза, не придав особого значения.
— Вы только гляньте! — насмешливо бросил азиат. — У выходцев из той дыры, откуда вылез Чак Норрис, денег вообще нет. Даже на трусах приходится экономить.
Медленно оборачиваюсь на призывные мольбы самоубийцы. Аэромант-магистр [4]… Судя по первым морщинам, возраст ближе к сорока.
— Дыры? — с искренним уважением смотрю на азиата. — Обязательно схожу к твоей маме. Спрошу, в чём именно ты родился.
Может, в пакете из Пятёрочки?
Нахал побагровел лицом, сжал руку на рукояти меча. Боец из его свиты факелом выпустил ауру наружу.
— Янки! Да как ты смеешь оскорблять «Сына Неба»!
— А ну, цыц! — шутливо грожу идиоту пальцем. — Тут взрослые разговаривают.
— Довольно! — нахал поднял руку, пафосным жестом останавливая свою свиту. — Ты оскорбил меня, самого Чон Ву «Сына Неба», младшего господина…
— Короче, — махнув рукой, указываю на ринг.
