Кодекс Императора II

Позади послышались перешептывания — несколько дам ярко обсуждали, что цесаревна, похоже, сменила вкусовые предпочтения. Но она не слушала их.

Медленно, размеренно — до десяти.

Наследница сделала несколько шагов вперед и подошла к первой попавшейся компании. Натянула на лицо свою лучшую улыбку. Пришло самое время показать свою лучшую актерскую игру.

— Как проходит ваш вечер, господа? — спросила Анастасия.

Но ответа она не слушала…

В голове продолжала считать: семьдесят три. Семьдесят четыре…

Когда она досчитала до ста, в кармане зазвонил телефон.

Анастасия изящно извинилась перед аристократами, достала устройство и ответила. Ее лицо сразу побледнело, а улыбка исчезла с лица.

— В смысле? В смысле — нападение? — ее голос начал дрожать. — Как? Брат, ты не в дворце? Что ты там делаешь? Подожди… Подожди, я сейчас разберусь. Нет, оставайся на месте. Нет, они не должны тебя тронуть. Возможно, не знают, что ты там. Зажми рану. Я постараюсь… Не перебивай. Я постараюсь тебе помочь. То, что не смертельно — это хорошо.

Она сбросила звонок и сжала телефон в ладони. Затем быстро убрала его в карман.

— Дамы и господа, прошу прощения… Мне срочно нужно отойти, — сказала она, сохраняя самообладание.

Но по щеке уже скатилась одинокая слеза.

Анастасия быстро вышла из зала, не оборачиваясь. Позади же все начало закипать — зал буквально взорвался голосами.

И даже ворвавшись в свой кабинет, Анастасия Романова не изменила выражения лица.

Первым делом она вызвала своего начальника гвардии.

— Мой брат Дмитрий… он попал в передрягу. Сейчас находится в поместье Арбенских. Этот дом пытаются взять штурмом. Его нужно спасти, — говорила она судорожно, едва переводя дыхание.

— Ваше Высочество, это не подтверждено.

— Он сам мне сказал об этом! Он ранен, как вы не понимаете⁈

— Анастасия Алексеевна, это может быть ловушка.

— Ловушка? Какая еще ловушка? — вспыхнула она. — Наследнику Российской империи угрожает опасность! Вы обязаны действовать!

— Мы подумаем, что можно сделать…

— Нет! Я не буду ждать! — сжала она кулаки.

— Мы сделаем все возможное, — твердо ответил гвардеец и поспешил выйти, отдавая распоряжения на ходу.

Как только он ушел вместе с охраной, Анастасия обессиленно опустилась на диван и расплакалась. Она знала: у стен есть уши. Но у них нет глаз — за это ручался ее младший брат Дмитрий.

Для нее было забавно — лить слезы с улыбкой на лице. И она плакала. Плакала двадцать минут.