Кодекс Императора III

Сейчас Мясник свяжется со своими заказчиками и начнет выбивать из них большую плату.

— Больше денег? — уточнила Эвелина.

— Нет, таким, как он, платят отнюдь не деньгами. Такие просят крови, чтобы стать еще сильнее, — поясняю я.

Ведь третий его талант — это дар крови. Самый опасный из прочих.

— Господин, если что, я знаю, где он сейчас находится. Я поставила на него теневую метку, — сухо говорит Эвелина.

— И я знаю, где он, — слегка улыбаюсь.

Ведь я сделал точно также и поставил на Мясника свою метку.

— Позвать наших? Мы можем начать преследование.

И почему теневикам всегда не терпится вступить в бой? Иногда мне кажется, что это дар диктует им свою волю, ведь он требует развития в сражениях.

— Нет, — отвечаю я. — Пусть сначала сообщит, что в руках императора находится Кодекс, который и дает ему силу.

Роман Алопаев по прозвищу Мясник смог покинуть дворец через тайные ходы, которые и вывели его в город. А оттуда он уже без проблем добрался до своего имения в Подмосковье.

Его дом находился посреди леса… Мясник любил уединение, и ненавидел, когда рядом живет еще кто-то. Он даже слуг вызывал раз в неделю, чтобы прибрались. А все остальное время предпочитал оставаться наедине с собой.

Вернувшись домой, первым делом Мясник набрал своего нанимателя.

— Да вы там охренели! — резко начал он. — Сказали, что на троне сидит мальчишка! А что я увидел по факту?

Наниматель тотчас спросил: что же случилось, и Мясник быстро пересказал все, что узнал. Затем он уверил Романа, что такой информации у него не было. Мяснику и вовсе показалось, что наниматель не до конца верит ему.

— Я хочу в тридцать раз больше от изначальной цены. И здесь явно не неделя потребуется на подготовку, — заявил он.

Затем начались долгие споры, но в конечном итоге нанимателю пришлось согласиться — особого выбора у него не было.

После этого Мясник откинулся на спинку кресла и засмеялся. Он ведь специально показал мальчишке только часть своего дара! На самом деле Роман куда сильнее… Он специально сделал вид, что испугался, когда ощутил всю мощь дара императора и не стал показывать свои реальные возможности.