Кодекс Императора

Скорее всего, женщина попросту ему отказала, и он не смог смириться с подобным отказом.

— Действительно, — усмехаюсь я и вскидываю брови.

Алтухов повторяет мою усмешку, а я снова встаю с кресла судьи для вынесения приговора:

— Казнить!

У барона глаза на лоб полезли. А один из советников вскочил из-за стола и прокричал:

— Дмитрий Алексеевич, подождите! Это важный род…

— Казнить! — громко повторяю я, и стража уводит виновного.

Наблюдатели в удивлении смотрят на меня, мало кто из них умеет хорошо скрывать эмоции.

— Это было последнее слушание? — спрашиваю я у того самого советника.

— Да, — кивает он.

— Отлично, пойду отдохну, — после этих слов я выхожу из зала заседаний и иду в свои покои.

А из слушания можно сделать однозначный вывод, что не умеют нынче люди принимать тяжёлых решений. Когда аристократ, лицо империи, творит, что ему заблагорассудится, и от этого страдают другие люди, остальные дворяне его покрывают. Они считают, что нельзя наказывать того, кто богаче и знатнее пострадавшего.

Хм, конечно, нельзя. Нужно!"

"Скорее всего, это ошибка службы безопасности, и этого барона Алтухова должны были вытащить из теплой кровати сразу после происшествия и вздернуть у дома… или пристрелить, впрочем, неважно, как. Главное, что если бы наказание последовало незамедлительно, сам Гараев был бы до сих пор жив.

Аристократия — это не только про статус и уважение, но и про ответственность. Об этом я думал, засыпая в своей кровати.

Сегодня я принял эту ответственность. А в будущем приму и последствия.

Глава 3

Виктор Степанович выслушал по телефону донесение о произошедшем на суде от одного из своих подчиненных, а затем перевел взгляд к окну служебной машины, за которым сменялись дома богатого района столицы. Он возвращался во дворец с важной встречи, которую следовало проводить на нейтральной территории, чтобы ни в коем случае не раскрыть своих шпионов. Но думал он сейчас не о них, хотя и они передавали информацию о том, как накаляется ситуация на севере. Великий Северный Союз постоянно атакует российские границы.

Виктора Степановича больше удивляло, как легко и быстро цесаревич Дмитрий разрешил ситуацию с бароном Алтуховым. Он ожидал, что виновнику впаяют внушительный срок, и канцлеру самому придется вмешиваться и договариваться на более выгодные условия, чтобы избежать последствий. Теперь же последствия коснутся только цесаревича. А ведь его предупреждали…

После этого случая у Виктора Степановича остался легкий осадочек.