Чего только не увидишь на Воробьёвских ватагах, но золотое правило: «Меньше знаешь, дольше живёшь», — никто не отменял.
Назвав адрес своего временного пристанища, я углубился в мысли. Мне нужен был мой бог.
— Комаро, ты меня слышишь?
— Слышу! Что-то срочное? — отозвался раздраженным голосом мой покровитель.
— У тебя какие отношения с азиатскими коллегами?
— Ммм? — уже более заинтересованно отозвался Комаро, — не сказать чтобы дружественные, но и войной пока друг на друга не ходили, а что случилось?
— Я тут совершенно случайно нашёл наследницу клана, покровителем которых являются вишнёвые кицунэ.
Она — конченая наркоманка и, считай, одной ногой уже в могиле. Я могу её вытащить, но не быстро и не бесплатно.
— Так, а от меня-то ты что хочешь?
— Так я тебе козыри на руки даю. Больше, чем уверен, у вас там свои политические разборки, в которых любой союзник будет не лишним.
Пару минут стояла тишина, но Комаро всё же ответил.
— Ты же не просто так завёл разговор о союзниках, верно? Чего ты хочешь на самом деле?
— Мне нужно разрешение временно наложить иллюзию на твой перстень.
Скажем так, надеть личину Виноградова, чтобы найти организаторов уничтожения нашего рода.
— А ты не оборзел ли часом? — взорвался Комаро. — Я его из другого мира притащил, с костра снял, в род принял, а ты собрался свалить от проблем в род Виноградовых?!
Я подождал, пока стихнет первая и даже вторая волна гнева. Гнев — это хорошо. Сразу не отказал, значит, есть варианты. Спустя пару минут, когда запас трёхэтажных конструкций в мой адрес иссяк, я уточнил:
— Я не снимаю твой перстень и не отказываюсь от рода, я хочу только наложить иллюзию!
— Нет, ну вы посмотрите на него! Наложить иллюзию на божественный артефакт! Это тебе не дурачков на ярмарке обманывать! Ты вообще в курсе, что для использования другого символа ещё разрешение надо получить от Винограда? А он там последние лет сто сильно не в настроении.
У него, почитай, уже и рода практически не осталось, а тут ты такой красивый с кровью Виноградовых по матери нарисуешься!
— Устрой нам встречу, пожалуйста! Мы договоримся! И я клянусь, что род менять не стану.
Не по Кодексу это.
Комаро ещё что-то пробурчал неразборчивое про то, что кто-то совсем меры не знает, Бога как секретаря гоняет, но в его голосе уже не было гнева, скорее раздражение и нотки интереса. Как ни крути, а ему предстояло заключить хоть и временные, но союзы с другими богами, чего не случалось уже давненько.
