Неужели крысовцы решили укрупнить силы? Комарихи принесли кровь, но, судя по ощущениям, это были не враги.
Я чуть сменил направление движения нашей группы, чтобы встретиться с неизвестным отрядом.
Спустя пять минут мы рассматривали друг друга сквозь прицелы автоматов.
— Очередные наёмники! — брезгливо сплюнул командир, глядя на нашу разношёрстную экипировку.
— И вам доброго здравия, товарищи орловцы! — ехидно отозвался я, узнавая в бойцах заградотряд, последние две недели охраняющий мою землю. — Нехорошо так о сослуживцах отзываться!
— Да какие вы нам сослуживцы? — возмутился кто-то из орловцев.
— Падальщики, вы! Пришли поживиться у чужого стола!
— Ты говори, говори, да не заговаривайся! — отрезал я, — это моя земля, и я её буду защищать всеми доступными способами. В отличие от вас, мы одну группу уже снесли, выходим на следующую.
Командир орлов всматривался в моё лицо, при этом его правая рука удерживала автомат, а левая была согнута в локте и поднята вверх с кулаком. Он натурально принюхивался и не скрывал этого.
— Стоп! Вы же Виноградов Гаврила Петрович! Какое отношение вы имеете к комарам и Комариным?
Молодец, парень! И память хорошая, и анализировать противника успевает, и дров сгоряча не наломал.
— А сам как думаешь? — я вытянул руку ладонью вверх и отдал приказ комарам. Над рукой моментально вырос подвижный столб из насекомых высотой в три метра. Стоило мне щёлкнуть пальцами, и рой исчез, растворившись в лесу.
— Барон Михаил Юрьевич Комарин, руководитель спецподразделения «Комар», — я протянул руку для рукопожатия.
— Борзых Михаил Юрьевич, командир полуроты спецподразделения «Орёл» — пожал он мне руку. — В соответствии с приказом Его Императорского Величества о реорганизации спецподразделения поступаем в ваше непосредственное подчинение.
— Тёзка, значит, — я открыто улыбнулся коллеге, а про себя отметил, что, оказывается, руку к неожиданной помощи приложил даже не Орлов, а сам император. Растём, однако, и это не есть хорошо.
Привлекать внимание венценосных особ себе дороже, но в данном случае собственные претензии к императорскому роду я засунул куда подальше. — Михаил, могли бы мы поговорить лично?
Командир кивнул, и мы отошли чуть в сторону.
— У нас война. Родовая. Крысины десять лет уничтожали мой род, чтобы подмять под себя земли, охраной которых Комарины и комары занимаются уже три сотни лет. И поверь, оберегаем мы всех тех, кто живёт за границей этих земель.
