«Нужно успокоиться и дышать носом, как учила Нарва», — пришла на ум здравая мысль, но тут же исчезла под гнётом обстоятельств.
Времени было преступно мало. Они должны были успеть первыми к Оку прорыва. Это их шанс. Прорыв смешанный, из наслоений разных уровней, а, значит, там могла быть столь необходимая Киране тварь четвёртого уровня. Пока остальные охотники могли выбирать, кого заготавливать на мясо, а кого на макры, у Кираны не было выбора. В руках она сжимала костяные короткие мечи из бивней мамотуса третьего уровня, добытого собственными руками.
Огромная тварь размером под десять тон и высотой под пять метров холке досталась Киране с огромным трудом. Ценой стал вспоротый бок и осколочные переломы шести рёбер. Теперь эти давние раны напоминали о себе татуировками чести.
Ей было всё равно на цену, пусть будет также или даже хуже, но ей нужна была тварь четвёртого уровня. С этими мыслями она сделала шаг, снег под ногами поехал целым пластом, унося за собой в пропасть охотницу. Где-то там внизу раскрывалось Око прорыва, а наверху завыла верная Арва, прыгнувшая вслед за подругой в пропасть.
* * *На «вечерний» аукцион за нами прибыли в районе полуночи. Мы к тому времени уже поужинали и планировали разойтись спать. На появление толмача я отреагировал с недовольством. Скривив брезгливо лицо, я окинул взглядом окружающую обстановку и, наконец, соизволил произнести:
— Если вечер у вас начинается после полуночи, то выражайте свои мысли яснее в следующий раз. Это вопиющее пренебрежение моим статусом и моим временем! Если бы не мои жемчужины, я был бы окончательно зол и разочарован вашим приёмом.
А жемчужины действительно сегодня устроили досуг выше всяких похвал. Тильда пока так и не вернулась, поэтому весь вечер Тэймэй развлекалась, заставляя иллюзии делать мне массаж, подносить вино и играть на флейте заунывные мотивы. В какой-то момент она так разошлась, что одна из иллюзий после массажа плеч принялась за массаж совсем много толка, а затем и вовсе, не снимая паранджи, уселась на меня верхом.
В тот момент я прочувствовал от и до, насколько овеществлены были творения Тэймэй. Отличить их от живого человека просто невозможно: хриплое дыхание, страстные стоны, влажные недра, упругая грудь… абсолютно нереальные ощущения. Ещё более острыми они стали, когда Агафья шаловливо запустила ручку под паранджу хрипло дышащей и наблюдающей за нами азиатке.
Я видел, как вампирша облизнула пальчик и нырнула им между ног иллюзионистке.
