Ещё бы, чтобы ноги раздвигать, особых усилий не требуется.
Когда по прикидкам охотницы до убийцы оставалось меньше трёх метров, Кирана резко перевернулась на спину и, поджав ноги к груди, метнула нож, вынутый из ножен на голени. Маливика испуганно вскрикнула, пытаясь увернуться от ножа и теряя равновесие в снегу. Уже заваливаясь на бок, она снова нажала на спусковой крючок арбалета, практически в упор расстреливая соперницу. Тренировки старой Нарвы не прошли зря, Кирана дёрнулась в сторону, интуитивно уходя с траектории полёта болта, но чуть-чуть не успела и почувствовала, как горячая кровь заливает ей лицо.
Выхватив второй нож, она, пошатываясь от слабости, пошла на соперницу. Но Арва опередила охотницу, с рыком накинувшись на барахтающуюся в глубоком снегу Маливику. Она вцепилась в руку с арбалетом, сжимая стальным капканом челюсти. Послышался хруст костей и визг боли несостоявшейся убийцы.
Эхо визга ещё гуляло по равнине, когда за спиной Кирана услышала одновременно два крика:
— Отзови Арву, живо! — от приёмной матери.
— Если моя дочь погибнет, то и твоей не жить! — от вождя поселения.
Кирана медленно повернулась на крики, глядя в глаза старому Крому, некогда сильнейшему охотнику и мудрому правителю, а нынче разжиревшему борову, ослеплённому отцовской любовью. Кром держал в руках огненный шар размером с человеческую голову, готовясь атаковать:
— Отзови свою суку, иначе я, клянусь всеми богами, убью и тебя, и твою полоумную мамашу.
Я взирала на постаревшую Нарву, сжимающую кулаки до побелевших костяшек пальцев.
Она прибежала сюда босая без верхней одежды. Прибежала защищать, несмотря ни на что, как всегда это делала последние два десятка лет.
— Твоя дочь пришла убивать меня! — крикнула Кирана, не отводя взгляда от вождя, — она стреляла подло в спину, а затем пришла добивать меня, как зверя, как тварь из прорыва! Ты забыл закон охоты, старый Кром? Забыл, что он гласит: «Лишь тот может стать охотником и взять в руки оружие, кто готов смотреть смерти в лицо и достойно принять честный бой!» Ты помнишь, какие слова говорил нам перед богами, посвящая в охотники? Я напомню: «Будьте готовы, что после первой пролитой капли крови охотник и жертва могут поменяться местами!» Ты отказываешься от своего слова, вождь?"
"Кирана с вызовом смотрела на старого Крома, демонстративно не отзывая Арву.
Волчица стояла на груди ревущей навзрыд Маливики, баюкающей сломанную кисть. От былой высокомерной красавицы не осталось и следа.
