Иногда, если игрушки пропадают из поля зрения, она утрачивает к ним интерес. Может статься, что так сработает и с вами.
— Если сегодняшний разговор с вами и завтрашняя аудиенция с Его Императорским Величеством не отправят меня на каторгу на изнанку, то я предполагал отправиться на север нашей необъятной родины. Баронесса Белухина обещала устроить мне незабываемое путешествие.
Александр Петрович снова грустно улыбнулся, оценив и шутку, и мои планы:
— Знаете, Михаил Юрьевич, я вам в какой-то мере сейчас завидую.
Вы имеете ту свободу, которая мне недоступна в силу статуса и обязательств перед страной, — принц встал из-за стола, показывая, что аудиенция подошла к концу, и протянул мне руку для пожатия, — обещайте, что потом поделитесь впечатлениями от путешествия.
— Обещаю, Александр Петрович, — я пожал руку наследнику престола и подмигнул, — надеюсь, результаты путешествия вы сможете увидеть собственными глазами.
Принц не стал уточнять, что я имею в виду, и на этом встреча завершилась.
* * *Часы стыдливо пробили час ночи. Александр Петрович сидел в кабинете отца и ждал, пока тот закончит разговор по мобилету.
— Найди мне этот артефакт и того, кто его применяет!… Мне всё равно, из-под земли достань! Сейчас они на графах практикуются, как на кошечках, а если кого-то из моей семьи подчинят или меня? Ищи!
Пётр Алексеевич отключился и протяжно выдохнул, успокаиваясь.
— Как прошла встреча?
— Несколько неожиданно, — Александр повёл плечами, разгоняя кровь в затёкших мышцах.
— Восторга от перспективы сочетаться браком с Машенькой он не испытал.
— Вот это как раз вполне ожидаемо с учётом характера твоей сестры, — хмыкнул император. — Но перспективы-то должны были перевесить?
— В том-то и дело, что как женщина она его вполне устраивает, но последствия этого брака он прекрасно себе представляет. Комарин так системно их описал, будто сидел с нами на семейном совете. Из его уст слышать про принцессу как «государственный ресурс» было весьма неожиданно.
Ему будто не восемнадцать лет, а все двести или триста, из которых минимум сотню он провёл у власти.
Император нахмурился, обдумывая услышанное от сына.
— Может, он, и правда, двоедушник? А мы его тут на роль члена семьи рассматриваем.
— Знаешь, даже если и да, то лучше бы к нам почаще такие души попадали, — Александр потёр виски, голова ныла от длительного использования дара, — он очень хорошо представляет себе, что такое долг, честь и взятые обязательства.
