Кодекс Крови. Книга IV (СИ)

Даже с такого расстояния видно было, что у него два дополнительных подбородка, глазки бусинки, как у подслеповатой свиньи, и такой же крупный приплюснутый нос. Я передал визуальный образ толстяка Агафье.

— Это кто на нас тут армию пригнал?

— Ах ты ж тварь! Это ж Свинякин! Его же на каторгу должны были отправить! Я сама ходатайствовала. Что он в Тобольске забыл?

— Говорит, что он — местный начальник штаба и требует забрать груз, предназначенный для его ведомства.

— Вот… свинота жадная! Хрен ему, а не груз! Даже не вздумай, эта тварь уже за мздоимство и растраты на Камчатке проходила, а, глядишь ты, пристроился по старым связям за Уралом.

— А вы не могли бы поторопиться? — очень культурно намекнул я вампирше на сжатые сроки.

— А что такое? Укачивать начало в воздухе? — хихикнула Агафья, даже не обидевшись на моё замечание. — Уж потерпи денёк другой, сам кашу заварил. С учётом неповоротливости бюрократического аппарата, наше ведомство и так ведёт расследование со скоростью дирижабля.

— Не в этом дело, ко мне тут местный шаман заглянул на огонёк, сообщил, что через два дня завершается контракт на хранение некоего сокровища или артефакта, оставленного отцом двадцать лет назад. Есть предположения, о чём речь?

Вампирша замолчала, причём надолго.

— Как, говоришь, зовут шамана? — настороженно уточнила кровница.

— Нойон Северин.

— Хм…

Пауза затянулась, но я всё ещё чувствовал присутствие Агафьи по кровной связи.

— Кто вообще эти шаманы?"

"— Понимаешь, в этом мире есть люди, которые верят в существование мира духов: духов природы, стихий, растений, животных и даже душ умерших и ещё нерождённых людей, — осторожно объясняла вампирша, словно делилась еретическими постулатами. — В чём-то наши веровании с ними схожи. Мы поклоняемся богам-покровителям, по сути, духам тотемных животных и растений. Мы даём им силу, а они по желанию делятся ею с нами, иногда даже общаются, как с тобой.

— И что, император позволяет еретикам так спокойно разгуливать и проповедовать собственные взгляды? — я весьма удивился. Как-то это не вязалось с моим представлением о Кречете. Он, конечно, не кровавый тиран, но вопросы соблюдения веры в этом мире стояли далеко не на последнем месте.

— Скажем так, на них смотрят сквозь пальцы.