Кирану они не знали и не пережили с ней столько, сколько со мной. Но они давали клятву на крови служить роду Комариных, а я клялся беречь их и не отправлять на убой.
— Атаковать в лоб или брать штурмом Холм я не планирую, будем искать другие варианты. И прежде всего, искать Кирану. Хмарево временно переходит в осадное положение, — отдавал я распоряжения, — ко мне же прошу подойти всем магам земли.
Паук пришёл вместе с десятком магов, максимальный мужской потенциал имел пятёрку, женский — четвёрку. Не густо. Но интересовало меня несколько иное.
— Меня интересуют заклинания высшего порядка магии земли. Кто что знает или помнит, какие откаты применения, площади покрытия. Информацию собрать, обсудить и предоставить в течение часа максимум. Хоть в академии мобилетами дозванивайтесь, но я должен знать, с кем и чем имею дело.
Земельники кивнули и разбежались. Часть отправилась в библиотеку, а часть действительно взяла в руки мобилеты. Остальные от руки составляли списки заклинаний магии земли и тут же указывали способы противодействия им силами других стихий.
А вот это уже было полезно.
Рядом открылась воронка портала, и из неё вышла Агафья с Нарвой за руку. Охотница была напряжена, но не бросилась ко мне с расспросами, опасаясь помешать.
Я попросил Паука ввести в курс дела приёмную мать Кираны, а сам подхватил Агафью под локоток и отвёл в сторону.
— Я сейчас отправляюсь на место боя, ты со мной?
— Естественно!
Точка происшествия находилась ни много ни мало в двадцати километрах от Хмарево.
Нихрена себе марш-броски проделывала сестрица туда и обратно дважды в день.
— Она напрямую бегала, а ты болота объезжал, — заметила моё изумление вампирша, — напрямую короче раза в два, но всё равно внушительные расстояния.
Борзый встречал нас хмурым и обеспокоенным.
— Мы углубились на чужую территорию на три километра, приблизительно. Отсюда до Холма ещё километров тридцать. Следы обрываются вот в этом месте, — пока Борзый показывал мне место обрыва запаха сестры, вампирша тщательно осматривала место битвы.
— Отравили её, — тихо поведала Агафья, облизывая палец в земле возле совершенно непримечательной каменюки. — Пыль макровая сознание туманит, реакции притупляет, погружает в состояние бреда, в котором легко явь со сном спутать.
— Наркотик?
— Нет, — мотнула головой Агафья, — действие в чём-то напоминает яд, которым Тэймэй накачивали, но без отравления и привыкания."
"Час от часу не легче. Я создал армию фантомных комарих.
