Как только они взрослеют и умнеют настолько, чтобы не грызть постоянно друг другу глотки, то уходят в другие миры, где созидают на основании полученного опыта, а вместо них остаются либо их дети, либо приходит новая смена богов.
— То есть, ты хочешь сказать, что в моём прошлом мире тоже была песочница, и, повзрослев, дюжина богов покинула его? — попытался провести я аналогию.
— Эм, и да, и, скорее всего, нет, — хитро улыбнулся дух. — Твой прошлый мир вообще отдельная тема, но то, что он одно время был крепко связан с нашим подобными традициями, не вызывает сомнения.
Я вспомнил про традиции в башне крови. Ведь появлялся же у нас летающий остров и куда-то уносил сильнейших магов. Чем не альтернатива ухода из песочницы? Но почему только для магов крови? А как же остальные? И кто тогда создал те двенадцать алтарей, ныне захваченных религиозными фанатиками-паразитами? Чем больше я узнавал, тем больше вопросов появлялось.
— Вы под покровительством кого из младших богов живете? — полюбопытствовал дух.
— Комар и Виноград, — не задумываясь, ответил я, а потом замолчал, вспоминая, что ни один из них не откликнулся на призыв о помощи.
— Да ладно? Что опять разрешили двоих? Или настолько малые, что два за одного котируются? — удивился дух. — Вообще неожиданно, конечно. В своё время прямо-таки охоту открыли за магами с несколькими покровителями, слишком уж они возвысились. До комара дойти, это прямо постараться надо было. В наше время всё как-то благородных да сильных покровителей выбирали: Львов, Тигров, Туров, Орлов, Акул, Драконов, Фениксов, а тут комар…
— Вообще ничего удивительного, — вступился я за местного покровителя, — кто ж ещё должен был за магию крови отвечать?
— В том-то и дело, что за неё есть кому отвечать, сам знаешь, — хмуро отозвался дух земли.
— А то, что малые боги захотели отщипнуть себе силы от чужого стола, чести им не делает. Если уж на то пошло, то их привязка к благодати от человеческих молитв — это путь в никуда.
— Почему?
— Потому что они изначально начали людей как скот разводить и на убой отправлять, чтобы у тех появились причины истово молиться.
Произошла подмена понятий, развиваться и познавать силы природы, чтобы однажды осознать внутри себя единение с одной из них, оказалось слишком долгим процессом. Всем хотелось дармовой силы здесь и сейчас, и в ход пошли люди. Вот только ни один из богов, который использует человеческую благодать для развития, в старшие боги так и не перешёл. Эгоизм, знаешь ли, этому не способствует.
