По местному этикету Тэймэй должна была находиться на женской половине дворца, и это не взирая на боевые заслуги перед императорской семьёй. При этом у неё на пальце красовался адамантовый перстень, что добавляло хлопот в нашей и без того непростой ситуации, но даже подтверждённое богиней главенство в роду не повлияло на закостенелые традиции.
После нападения Инари, иллюзионистка тяжело приходила в себя, поэтому практически не обращала внимания на происходящее вокруг, в отличие от меня. Я лицезрел фарс в нескольких актах, где главным зачинщикам заговора сохраняли жизни.
— Они — идиоты, — озвучила мои мысли Тильда, с нескрываемым удивлением взиравшая на разворачивающийся на наших глазах цирк. — Нет бы обезглавить рода предателей, стребовать клятву верности на крови и жить спокойно… Нет! Вместо этого они набивают карманы! Даже не вздумай переводить это! — показала она кулак переводчику, и тот еле сдержался, чтобы не рассмеяться. За время совместного путешествия кровники уже привыкли к своеобразной манере поведения моей подруги.
Эрга натурально хваталась за голову и крутила пальцем у виска, глядя в глаза принцу Есихито. Её пантомима была столь красноречива, что принц принялся что-то быстро шептать на ухо нашему переводчику.
— Принц говорит, что у отца дюжина жён и под три сотни наложниц для его сыновей. Их всех нужно содержать. Ему проще принять дары, чем устранить угрозу. На востоке принято править хитростью, а не силой, — просвещал нас собственный японист.
— Половина его жен из восставших родов, имеющих реальную силу. Каждому из глав родов отправили весточку с количеством задержанных людей. Сейчас каждый род выкупает оптом и в розницу своих людей. Всех, кого не выкупят, либо казнят, либо подведут под клятву и отправят ликвидировать стихийные прорывы.
— Тебе тоже отправили весточку? — спросил я у Тэймэй по кровной связи.
— Не мне, дяде! — процедила иллюзионистка со злостью. — Даже при официальном признании богиней моего главенства, они предпочли иметь дело с ним!
— Думаю, дело в другом, — возразил я, тихо радуясь, что Тэймэй начала оживать в своих эмоциях.
— Просто послать тебе требование о выкупе после зачистки императорского дворца было бы по меньшей мере оскорбительно, ведь ты не принимала участие в мятеже, а устраняла его. А вот твоему дяде в самый раз.
— Ну да, конечно! Логика имела бы место быть, если бы они при этом не опустошали казну моего рода, — фыркнула иллюзионистка.
