— Дочь, это тот случай, когда на королевскую тиару раскрывать роток рановато, — честно предупредил император, понимая, что истинная причина страстного желания дочери поехать в Данию далека от Кристиана, как портовая девка от девственности. — С подобными союзами инициатива всегда идёт от мужчины.
— Пап, он молод и неглуп, я молода, красива и разумна, — пожала Мария плечами. — На моё приданое можно купить ещё одну Данию. Как ты думаешь, какова вероятность удачного союза?
— Нулевая! — отрезал император.
— Ты сама знаешь семейные планы на счёт себя.
— Знаю, — покладисто согласилась Мария, — но быть королевой и привести к союзу с родиной очередную страну — не такая уж и плохая альтернатива. Подумай. Я не настаиваю.
И дочь выскользнула из кабинета, не докучая отцу. После памятного разговора и суровой словесной порки Мария стала вести себя тише и спокойней, всё больше напоминая себя прежнюю. Но император не обманывался. У деда тоже бывали периоды, когда его зависимость ослабевала, но затем она возвращалась с ещё большим размахом.
Император даже не рассматривал возможность включения дочери в состав делегации. Достаточно будет самого Петра Алексеевича и Андрея. Тот в последнее время показал себя как мудрый и дальновидный политический игрок, единственный не запятнавший репутацию в отношениях с Комариным и Виноградовой. Более того, даже сейчас он с разрешения отца продолжал оказывать содействие Михаилу, помогая с составлением брачного договора с японской княгиней и устранением бюрократических проволочек.
"
"Вот так и подумаешь… А ведь раньше Андрей практически не интересовался дворцовыми интригами и политическими играми, предпочитая им понятный язык цифр, фактов и закономерностей. До появления Кираны. Здесь принца зацепило, и он принялся раскрывать совершенно новые грани личности.
«Все проблемы в мире из-за женщин, — задумался император. — Причём большинство даже не догадывается, что именно из-за них.
Вот так живут себе и не знают, что императоры и принцы не могут выбросить их из головы».
Пётр Алексеевич открыл ящик письменного стола и посмотрел на одинокую коробочку с помолвочным кольцом, лежащую там. Надо бы вернуть артефакт в сокровищницу и не уподобляться собственной дочери. Хватит им и одного носителя дедовой одержимости.
* * *Когда я думал, что нас перенесёт Райо, я ошибался. Оказалось, что его дар тоже имеет некоторые ограничения.
