* * *За день до того…
Галапагосские острова
И ведь когда Серхио Леон-Марино заявил, что на все Галапагосы остался лишь один сумасшедший, говорящий с духами, он имел в виду именно то, о чём сказал.
Шаман действительно был сумасшедшим. Нет, Агафья и так считала их не от мира сего, но этот…
— Ух, какая вку-у-ус-с-сная! — облизнулся он при виде Агафьи, мерзенько подхихикивая. — Не тронь, она язык вырвет и тебе в жопу засунет, — сам себе ответил он уже более вменяемым голосом. — Мальчики, не ссорьтесь! Я всё равно среди вас са-а-ама-а-ая кра-а-асива-а-ая, — пробился сквозь мужские голоса тон заправской продажной девки.
— О, великий Говрящий с духами! Удостой нас своим вниманием! — попытался достучаться до разума местного шамана.
— Да уж удостоил коллективным вниманием, — с сомнением произнесла вампирша, прикидывая насколько вероятна реализация её первоначального плана с таким «проводником».
— Он не всегда был таким, его после войны накрыло, — разведя руками и тихо ойкнув от боли, произнёс Серхио, будто бы извиняясь.
Укус Агафьи помог крови свернуться, к тому же вампирша быстро и качественно произвела перевязку. Сказывался вековой опыт. При желании, если Серхио найдёт донора, кисть ему можно было восстановить. Правда, она, скорее всего, будет без магических каналов, но это дело поправимое. Насколько знала Агафья, со временем они восстанавливались, приспосабливаясь к потребностям магически одаренных людей. В любом случае лишиться кисти лучше, чем сдохнуть от неконтролируемого заклинания.
— Дай дурман-траву, — прохрипел новый голос в сонме личностей шамана и исчез.
— Он у вас ещё и на стимуляторах сидит? — приподняла одну бровь вампирша.
Серхио неловко возился с тесёмкой в кожаном мешочке, висящем на поясе, но всё же одолел узел. Вынув оттуда сухую веточку, взглядом нашёл в жилище шамана пустую половинку кокоса, используемую в качестве чашки, и принялся перетирать пальцами траву. Получившуюся смесь он залил кипящей водой, булькающей на тлеющем костре.
— Моя вода! Не тронь! — взвизгнул мерзкий голосок. — Мне супчик черепаховый будет! Черепаховый! Да! Отловить бы Тортугаса да сварить! Ах-ха-ха!
— Моё! Верните! — визжала девица. — Мне кремушек нужен! Я красивая должна быть! А то всё солнце, загар! Никто о коже не беспокоится! — Нет! Помыться! В горячей воде! — мечтательно протянул кто-то ещё. — В океан иди, мойся! — рявкнул первый голос. — Супчик!
— Дай, — голос отличался подозрительной вменяемостью.
