Кодекс Крови. Книга VIII (СИ)

— А сын как рассмотрел иллюзию? — не удержался я от вопроса. — Сильно сомневаюсь, что нерождённый ребёнок может быть сильнее богини.

— А вот ему как раз не было нужды быть сильнее. Ему хватило потенциала и капли моей божественной крови, чтобы увидеть сквозь иллюзию. Магия-то у них общая. Если бы твой сын оказался потенциально сильнее Инари, то чисто теоретически он смог бы попробовать перехватить контроль над её иллюзией и развеять её. Но уже чудо, что он хотя бы рассмотрел обман.

— Стоп, при прямом контакте принцип соотношения сил понятен, а при опосредованном? — сейчас меня интересовал вопрос, почему я, проверяя память крови Исико на предмет организации различных неприятностей, ни черта не обнаружил связи с богиней Инари и момента убийства.

— Ничего не меняется. Принцип постоянен.

— То есть, допустим, Инари накануне о чём-то договаривалась с Исико. Смог бы менталист или ментатор забраться в память женщине и считать, о чём они договорились?

— Обычный — нет. Чрезвычайно сильный обнаружил бы на этом месте нечто похожее на рубец от клятвы высшего приоритета или божественной клятвы.

И лишь бог с такими силами мог бы просмотреть эти воспоминания в подробностях.

Я задумался, прикидывая, к какой категории себя относить. Пропуски в воспоминаниях обнаружить получилось, но до уровня «бог» мне было далеко. Следовательно, нужно было снять оставшиеся узлы сдерживающей печати и лишь после этого соваться к Инари.

— А где сейчас ваша подружка? — спросил напрямую у Комаро.

— Сбежала куда-то, — пожал тот плечами, но, увидев мой взгляд, добавил, — не лезь к ней пока.

Сам ты ничего не сделаешь. Мы с Виноградом что-то придумаем, поговорим ещё с Белым Медведем. Но там, как и у Синего Кита, кого-то из своих под нож пустить могут ради восстановления справедливости и общего блага. Так что…

Комаро не договорил, но было понятно, что поддержку в своём человеколюбии они с Виноградом вряд ли отыщут. Тем более, когда дело никаким боком не касалось их родов. Если поддержать подобные претензии, то можно создать опасный прецедент, где любой бог получит возможность совать свой нос в дела чужих родов.

А этого уже никто не допустит.

Что ж, спасение утопающих — дело рук самих утопающих. Тем более, что я и не надеялся, что боги исполнят данное мной обещание.

— А куда у вас деваются возвысившиеся боги? — вдруг пришла мне на ум мысль, как не наследить в вопросе устранения Инари.

— Уходят на другой план.

— И не возвращаются? — полюбопытствовал я.