Кодекс Охотника #01

— Двести рублей!

— Она столько никогда не стоила! — покачал головой белобрысый.

— Ссышь? — улыбнулся я.

— Я?! Андросова?! Принимается!

— Ну, вот и хорошо! Андрюха! — я подозвал к себе друга. — Вот этот наглый молодой человек желает набить тебе морду!

— Виконт Слободской?

И как он умудряется всех их знать? Мне попросту лень запомнить каждого встречного. Вот если выживут в первый год, тогда и подумаю. А то, зачем забивать память ненужными трупами. В моей прошлой жизни их было достаточно...

— Ну... наверное, — пожал плечами я.

— Давай! Быстро в ринг! Главное, что в нашем деле?

— Что?

— Главное, не ссы! Давай, мой гладиатор! — подбодрил я друга.

Со всех сторон подтягивались тренировавшиеся здесь люди, оживленно переговариваясь.

— Дамы и господа! Принимаются ставки! — повысил я голос и порылся в кармане, доставая бумажник. Затем вытащил оттуда пять сотенных и помахал ими в воздухе. — Ставлю... Пятьсот рублей на княжича Андросова!

Народ переглянулся. Виконт был ростом с Андросова, но килограмм на тридцать его тяжелее.

Мышцы бугрились на его разгоряченном теле, выглядел он...внушительно.

— Сто рублей на Слободского!

— Двести рублей на Слободского!

— Еще сто рублей!

— Ставки приняты, ставок больше нет! — хмыкнул я, аккуратно собирая купюры в стопку. — Бойцы! В бой!

Закончилось очень быстро. Андросов отделался очередным фингалом, чуть не нарушившим мой бизнес-план на корню, но к счастью не вырубился. А вот виконта он вырубил, дотянувшись рукой к его шее.

— И-и-и-! Победа присуждается княжичу Андрр-р-росову! — как заправский ведущий, проревел я, выдергивая того с ринга.

— Так, погнали, а то сейчас благородные очнутся и начнут вопить. Баблишка рубанули, хватит нам, чтобы нормально посидеть.

Собственно, после тренировки я даже не вспотел, поэтому просто остался в коридоре ждать, когда господин Андросов приведет себя в порядок.

Мужская и женская раздевалки находились рядом, и туда-сюда сновали курсанты.

Из женской раздевалки вышли две курсантки, стрельнув в меня заинтересованными взглядами, и удалились вдаль, о чем-то перешептываясь, и периодически оглядываясь на меня.

Кажется, я стал своего рода «знаменитостью», но это неточно! И да, выходя, они не закрыли дверь, а там...

Поглощенные души сильно давили на мою промежность, заставляя совершать неразумные поступки. А в прямой моей видимости образовалась очаровательная женская ножка, на которую хозяйка аккуратно натягивала белый чулочек. Ух тыж, блин!

Я огляделся.