Я заглянул в контейнер, купленный специально для желеек, и провел быструю инвентаризацию. Пять белых, двадцать две красных и четыре оранжевых. Секунду подумал, и выгреб все белые. Печать работала, моя ёмкость увеличивалась. Белые желейки мне уже, в принципе, были ни к чему. Две оранжевых и десяток красных я оставил на всякий случай. Одну красную положил в маленький кисет во внутреннем кармане. А всё остальное сгрёб в рюкзак, собираясь продать.
Открыл здоровенный холодильный агрегат, приобретенный специально для моей питомицы.
Он состоял из двух частей — нижние две трети занимала морозильная камера, сверху была обычная камера. Я достал сверху здоровенную телячью ногу, а на её место закинул замороженную. Нажал на кнопки, дабы её быстро разморозили и поддерживали в размороженном состоянии до следующей еды.
— На, жри! — бросил я мясо на пол.
Карамелька глянула на меня, затем легла, и принялась за еду.
— Ты обищ-щ-щаал! — тут же рядом возник маленький мохнатик.
Уже чистый и вымытый. Похоже, что у него в пространственном королевстве есть ванна и фен.
По крайней мере, его чёрная шёрстка блестела, как ни в чём не бывало.
Я хмыкнул и достал из морозилки ведёрко с мороженым, пересчитав, сколько там осталось. Ну, вроде всё на месте. Как-то мы со Шнырькой заключили пакт, что воровать из моего холодильника мороженое он не будет. Мы вроде поняли друг друга. У малого есть какие-то чувства приличия, даже если это не видно с первого взгляда. Покормив питомцев, я подхватил «холодильную» камеру с сердцами, и спустился вниз в ожидающее меня такси.
* * *
— Хорошие новости, Александр! — начал Архип с порога. — Шахтёры выбрали весь Разлом под водой.
— Ну, и как они, не сильно намокли? — улыбнулся я.
— Да, были некоторые трудности. Но вся жила выработана, и твоя доля готова.
— Что там получается?
— А куда тебе лучше — наличкой или на карту?
— Давай на карту!
Телефон блымкнул. Я не поленился, залез в карман и посмотрел: три семьсот пятьдесят. Ну, приятно. Особенно, когда ничего не делаешь сам.
— Кстати, — мне внезапно вспомнилось, — а что там с шахтёрской Камасутрой?
Архип нахмурился.
— Да, я хотел сказать тебе, Александр, что ней возникли некоторые сложности.
— В смысле, сложности? Тебя что, арестовали за распространение порнографии?
— Причём тут я? — удивился Архип. Потом взглянул на меня и слегка улыбнулся. — Я никак не привыкну к твоему юмору.
— Да я и сам к нему никак привыкнуть не могу, — пожал я плечами.
