Вроде, они очень слабые, но даже так я ощущаю, сколько идет с них энергии. Может, есть смысл задержаться в этой стране подольше.
Люди, кстати, поняли, что я не собираюсь отступать, и уже сами вступили в битву. Что примечательно, с ними был лучник, который стрелял энергетическими стрелами, и каждая такая стрела убивала слайма наповал.
Даже не понимаю, как с таким парнем они могли так пострадать. Конечно, я видел, что есть и трехметровые слаймы, но таких я просто обходил стороной, и делов–то.
Вообще–то, этот поход у меня занял намного больше времени, чем я прежде думал, и это прискорбно.
Я таки смог помочь японцам, и уже пытался с ними поболтать. Вот только там никто и слова не знал на любом другом языке.
Печаль… Пришлось отвести их назад, но вот девушку на руках мне нести они не доверили. У входа, конечно, все стало проще, когда к нам выбежали лекари. С ними вышел представитель местного Центра, который знал русский язык и попросил мои данные, а еще поблагодарил за содействие.
И пообещал, что в мой Центр отправят благодарственное письмо.
Только после этого я смог в ускоренном темпе вернуться за кислотными слаймами. А чтобы не терять времени зря, призвал сразу две саламандры, которые сжигали все на моем пути.
Веселый поход… В районе тысячи душ разных слаймов. Нужно будет потом посчитать. Да, тварюшки слабенькие и души их почти «невесомы», но такое количество может сожрать половину небольшого баронства.
Моя «личная миссия» выполнена, теперь можно и за дело Долгоруковой, наконец, взяться!
Глава 4
Загородный клуб «Спокойствие»
День назад
Администратор Афанасий Лукьяненко очень гордился своей работой.
Его предки, да и он сам, давно служили своим благородным господам. Юного Афанасия даже отправили в имперский институт, дабы он изучил экономику и гостиничное дело. И вот он уже лет десять являлся бессменным директором–администратором самого элитного аристократического клуба в Иркутске. Притом, что он сам аристократом не являлся.
Это было высокое доверие, и он его оправдал, имея возможность крутиться среди лучших людей Иркутска."
"Вчерашнее происшествие с Галактионовым немного вывело его из себя. Наглый баронишка посмел качать права. Афанасий, хотя и не являлся аристократом, но насмотревшись на графов, герцогов, и даже князей у себя в клубе, считал себя ближе к ним. И хотя он никогда в жизни не смог бы получить даже титул барона, но подспудно считал этого юнца отребьем.
