Теперь наступила очередь Марии, а мы, как я понимаю, должны были их страховать. Ее боевой отряд, состоящий из двадцати одного «Центуриона», резво спрыгнул с корабля и побежал вперед. Они должны пробить нам дорогу. Но бросать её одну мне не хотелось. И потому я стал корректировать эти планы. Врагов, кстати, она быстро нашла, и уже сейчас сражалась сразу против двух Серых.
— Предлагаю уже пересесть нам в транспорт, — говорит Доброхотов. — Не хочется терять лишнее время.
— Рано! — перебиваю его. — Мне кажется, им может понадобиться наша помощь.
— Помощь? — возмутился он. — Нахрена нам тогда такие помощники, которым будет нужна наша помощь.
— Максимилиан… — напомнил о своем существовании Пушкин. — Если вы, молодой человек, не угомонитесь, то я сброшу вас сейчас с корабля в воду. Там вы сможете немного остыть. Галактионов прав… Это еще и испытания их новой разработки, которая может изменить ход не одной войны.
— Пфф… Тоже мне… разработка, — возмутился он.
— А давайте я его все-таки сброшу? — не выдержав, предложил я.
Кстати, я реально готов был это сделать. И плевать на поставленную задачу. Я уже отсюда вижу, что не все пройдет так гладко, как они задумали. Так почему бы мне не начать первому?
— А сможешь? — хмыкнул он, и развернулся в мою сторону.
Я оценил его взглядом, и улыбнулся.
— Вполне…
— Тишина! — попросил культурно, но уже слегка раздраженно Пушкин.
На Доброхотова это подействовало. А мне даже полезно было, так как я сразу вернулся к своей работе.
Я понимал, что Марию бросать сейчас нельзя, и потому решил ей помочь.
Помог, конечно, знатно. Если до этого на поле боя было около пятидесяти Серых, то уже вся сотня. Я в каждую нору закидывал свою призванную тварь, чтобы их спровоцировать.
— А теперь дела точно хреновые… — уже и сам признал Доброхотов. — Нужно им помочь!"
"Эх… А ведь они еще не знают, что нас ждет впереди. Такое ощущение, что кто-то уже слил Серым наши планы, и теперь нас там точно поджидали. Впрочем… Какая разница? Задание все равно будет выполнено.
— Постойте здесь… Я сам разберусь, — говорит нам Пушкин.
Однако Доброхотов был против, и пошел с ним. Он еще не знал, что там происходит.
А Шнырька мне уже показывал, как к берегу мчится орда Серых. И очень немаленькая орда. Вот поэтому я не спешил спускаться на берег.
— Твою мать… — выругался Андросов, глядя, как Пушкин оторвал голову Серому. — Это ж сколько в нем силы?
Интересный вопрос. На который я пока не знаю точного ответа. Битва недолго продлилась.
