— Александр очень старается, но его воспитание оставляет желать лучшего.
— Можно подумать, в нашем дворе никто не… гхи… ладно, — буркнул я. — Да, Александр Сергеевич. Я понял. Зеленым горит кристалл кольца, когда перегружается энергией своего владельца, и просто уже не может выполнять свои функции. Меня интересует другое. Зачем они носят их открыто? Им ведь не нужен кристалл для похода в Разломы. Они уже настолько пропитаны иномирной энергией, что Разломы их принимают за своих и пропускают без риска для жизни.
И еще… Александр Сергеевич, а вы точно Абсолют?
Пушкин улыбнулся и протянул руку.
— Присмотрись, Александр.
— Красивое, — очень искренне сказал я. Оно действительно было красивое. Иномирное золото, герб Пушкиных, и драгоценные камни. Я присмотрелся получше. И понял, что это не кристалл для перстней Истов. Это радужный алмаз. Очень редкий, очень красивый и чрезвычайно дорогой драгоценный камень.
— Мда-а-а… и на старуху бывает проруха, — признал я, поняв, что и меня провели.
— А Алексеев?
— Нет, он еще Абсолют, — покачал головой Пушкин. — А отвечая на твой вопрос про зеленые кольца. Ну… это просто традиция, нет тут никакого глубокого смысла.
— Тупая традиция, — покачал головой я.
— Эй! Поосторожней со словами! — «вспыхнул» Алмазный гордец.
— Да, пофиг, — махнул рукой я. — Что конкретно сказал первый советник?
— Что тебе позволено приехать в Киото, — Доброхотов все еще изображал из себя оскорбленную невинность.
Ну да, обидели его любимую Империю. Но, она и моя, вообще-то, так что нефиг.
— Но нам ведь не надо в Киото? И… — я понял, что не до конца расспросил Пушкина про принцессу, отвлекшись на «зеленые» кольца. — Так какое ваше мнение про принцессу Эмико, Александр Сергеевич?
— Она сильна. Очень сильна. Возможно, также сильна, как и я. И она точно уже не Абсолют. Именно поэтому мы все туда летим.
— Думаете, проблема в ней? — уточнил я.
— А ты что думаешь? — встрял Хрулев.
— Вы правы, она сильна, — признал я. — И хорошо, что вы заехали за мной, — признал я их правоту еще раз.
— То есть, ты окончательно согласен? — уточнил Хрулев.
— Да, — кивнул я. — Только на моих условиях.
— Каких это? — нахмурился Доброхотов, ожидая подвоха.
— Вам понравится, — широко улыбнулся я. — И это. С парашютом вы давно прыгали? Страхом высоты не страдаете? Хотя, о чем это я? Уверен, будет весело!
г.
