Кодекс Охотника. Книга XXXII

Все эти сказки про великих и могучих засранцев, которые взмахом одной руки разрушали целые миры, были правдивы, но в этих рассказах был один нюанс. Все легенды указывали на мощь и силу жутких тварей. Да, всё это присутствовало у них в избытке, но самое главное — это была их потрясающая живучесть.

Очень мало я встречал древних и мощных тварей, которые, сломя голову, бились до последнего. Любая, я повторяю, любая тварь, прожившая тысячелетия, в тот самый момент, когда поймёт, что дело пахнет керосином, попытается сбежать.

Поэтому живучесть, ну, или, возможно, смешанная с выживаемостью, была главным проблемой при охоте на тварей. Гораздо больше усилий мы тратили на то, чтобы предотвратить последний момент побега нашего противника, чем на то, чтобы завалить его в процессе боя. Я это прекрасно знал. И прямо сейчас планировал воплотить все свои знания в жизнь. Ведь ждать неделями, как они тут будут сражаться я не планировал.

Я ещё раз оглянулся, глядя на склоны гор, на своих боевых товарищей. Кто-то смотрел на поле боя, нахмурившись, кто-то улыбался, а кто-то получал искреннее наслаждение. Такие разные, с такими разными характерами, которых объединяло лишь одно — вера в меня, Александра Галактионова. И желание помочь человечеству.

Пригласил я их сюда не просто так. До последнего момента я не был уверен, что у меня получится фокус с Гидрами. И он бы у меня не получился, если бы не одно «но».

— Всем приготовиться! — рявкнул я и почувствовал, как многочисленные глаза уставились на меня, ожидая приказа.

Перед этим я швырнул в головы Гидр слепок ужаса, заставивший их инстинктивно отпрыгнуть назад. В итоге Титан остался в одиночку и на него обрушились многочисленные стихии моих друзей.

Конечно же, они не могли его убить. Это не смогли сделать Гидры, не смогут сделать и люди, большинство из которых являлись младенцами по меркам великих воинов Многомерной Вселенной.

Нет, всё, что мне нужно было — это секундное ошеломление, которое получил Титан от наших атак. Да, это была старая, мудрая сволочь, он всё время ждал от нас подлянки. Но, по себе знаю, как изматывает постоянное напряжение, когда ты пытаешься предугадать, в какой момент нападут на тебя. Это ожидание… Оно изматывает и, рано или поздно, внимание притупляется. Главное знать, как подгадать этот момент. Я — знал. И подгадал.