Кодекс Охотника. Книга XXXIII

Кроме этого, уже немного побродив по Многомерной Вселенной, он понял, что его эльфийки — это одни из самых прекрасных женщин во всей Вселенной.

Вот только отцовство, на взгляд Купера, оно должно быть не таким. Все его тридцать три сына были сыновьями исключительно номинально. Ну да, они называли его «отцом», он называл их «сыновьями», но не был морально готов полуэльф Купер, проживший на свете более ста лет, к отцовству. Всё это должно случаться как-то по-другому. По большой и светлой любви.

Над этим, кстати, смеялись абсолютно все Охотники, которым, как они говорили, это чувство было недоступно. Хотя Купер уже понял, что не всё то, что говорят Охотники, является правдой. Ну, не в смысле, что они хотели врать, но пару раз он замечал грусть в глазах Дэна, и даже старого Мака, когда, хорошо выпив, они вспоминали о каких-то прошлых подружках. Всё-таки, как ни крути, Охотники оставались людьми, со всеми присущими людям привязанностями и слабостями.

Но, как всегда, его отец пошёл дальше, и прямо сейчас у него уже была полноценная семья. Кроме этого, у Купера, оказывается, есть уже два брата и одна сестра. И, судя по тому, что он слышал, Сандр, проживший тысячи лет, наконец дошёл до нормальной семьи.

Куперу очень хотелось познакомиться как с ним и с его жёнами, так и со своими братьями, чтобы понять, как это всё происходит на самом деле. Куперу казалось, что, узнав это, ему откроется какая-то очередная тайна Вселенной.

Опять же, своего отца он больше знал по рассказам со стороны, а та мимолётная встреча, которая произошла, не произвела никакого впечатления на Купера. Тем более что его отец выглядел как обычный подросток, у которого только по взгляду можно было понять мудрость прожитых лет.

В общем, всё знакомство с отцом и его семьёй было впереди. А прямо сейчас они с Дэном выполняли ответственное задание — ходили по границе Многомерной Вселенной, периодически заглядывая за пределы, дабы понять, с чем им придётся столкнуться в ближайшее время.

Плохо было то, что Дэн, у которого почти никогда не сходила с лица улыбка, последние дни и месяцы был неизменно серьёзен. А ещё куда-то пропала его сверхъестественная говорливость. Раньше ему было не заткнуть рот, а прямо сейчас любые комментарии нужно было вытаскивать буквально клещами. И это тоже говорило о том, что что-то идёт не так. Очень не так.