Кодекс Охотника. Книга XXXIII

— А ты знаешь, Александр, что мы с Пашкой можем управлять картошкой? Даже наш Дар Приручительства на неё почему-то работает.

Я кивнул и перевёл взгляд вниз. Не выдержал и прыснул. Прямо сейчас ровными рядами внизу маршировали крупные, почти метровой высоты картофелины. Судя по всему, мои два юных Приручителя устроили им строевой смотр.

— Конечно, знаю, — приобнял я ребят. — Это же необычная картошка. И да, я к тебе с подарком.

— С каким? — Пашка был необычайно грустным.

— От твоей приёмной матери.

— Исида? Она жива⁈ — внезапно просветлел лицом Пашка.

— Конечно, жива, — удивился я. — Откуда такие мысли?

— Но, но ты же… но, — замялся Пашка.

И снова вперёд вышла Сойка.

— Я извиняюсь, Александр. Но мы же слышали, что ты убил Хранителя и всех его жён.

— Ну, охренеть, вообще! — вылупил глаза я. — Вы за кого вообще меня все держите? Хранитель и его жёны полетели на курорт, который давным-давно заслужили. Работать тысячу лет без отпуска — дело такое. Сам проверял, и мне не очень нравилось.

— А что это? — нахмурился Пашка.

— А ты протяни руку, и сам всё поймёшь.

Пашка осторожно протянул, и я вложил ему шарик, попутно впитав его в энергоструктуру парня, внимательно проконтролировав, чтобы всё прошло как надо.

— Что чувствуешь? — поинтересовался я, когда паренёк засветился зеленоватым светом и открыл глаза.

А потом у него начался натуральный рвотный рефлекс. Сойка переполошилась, а я понял, что это побочка. Лишнюю энергию надо срочно выплеснуть. Поэтому я схватил его за плечи и повернул в сторону шагающей картошки, ткнув в них пальцем.

— Вон туда, туда сбрасывай!

И Пашка сбросил… Внизу разлилось зелёное сияние и раздался удивлённый вскрик Сойки.

— Ну, ни фига себе! Ты как это сделал?

— Я… я не знаю, — перевёл дыхание Пашка, испуганно взглянув на меня.

— Конечно, не специально. Для того, чтобы сделать такое специально, нужно тренироваться, много тренироваться. Но не ссы, у тебя всё получится. А сейчас пойдите и поешьте что-то. После принятия Дара у тебя появится зверский аппетит. И мне пюрешки оставьте!

Ребят быстренько сдуло с парапета. А я, облокотившись на него, посмотрел вниз. Прямо сейчас там продолжала маршировать картошка.