Кодекс Охотника XXXI

Лицо его было подёрнуто печалью. Уверен, что он тоже испытывает ностальгию по старым временам. Да, мы все были разнесены во времени и пространстве и раньше не знали друг о друге. Но все мы являлись членами чего-то большего в рамках братства Охотников и нашего Кодекса. Поэтому не было никакой разницы, кто и когда жил. Главное было то, что при жизни все следовали Кодексу. А это значит, что мы были единым целым.

Я протянул руку, привычно похлопал по ржавым латам, ранее проклятого, легата и перевёл взгляд на легион.

Мне не нужно было ничего говорить. Абсолютно все души присутствующих здесь легионеров я пропустил через собственную. Именно так, а никак не иначе, можно было очистить их от влияния Скверны. Это далось мне нелегко, очень нелегко. Откат от подобного ощущения настигнет меня через пару дней и будет весьма неприятным. Но, видит Кодекс, по-другому я поступить не мог, тем более после того, что я видел это сейчас.

Их очищенные души пылали радостью, надеждой и жаждой мести. Легион, послуживший Кодексу при жизни и коварно захваченный Неназываемым, лишившим всех, стоящих передо мной ратников, нормального посмертия, жаждал мести.

Я точно знал, кого они хотят увидеть окончательно мёртвым. А ещё я услышал зов надежды. Надежды, что я приму их в свои ряды и прямо сейчас поведу на Неназываемого.

Вот только был один нюанс. Этот легион не был моим. Так получилось, что у меня не было «своих» легионов. Да, я неоднократно вёл в бой легионы других миров, но чтобы легион стал действительно «твоим», нужно было… Здесь сложно объяснить.

Каждый раз это получалось по-разному, но основная задумка в том, что легион длительное время должен был находиться под командованием конкретного Охотника, либо же чем-то связан изначально, а я же предпочитал решать проблемы в одиночку или же с привлечением братьев Охотников. В этом тоже не было ничего необычного. Каждый из нас действовал так, как ему было удобнее. Ну, так что так получилось, что Великий Охотник Сандр, как правило, был тем самым «воином, который один в поле», и которого это совсем не парит.

— Спасибо за доверие, легат, — негромко сказал я, улыбнувшись.

Но мой голос точно достиг до всех легионеров, так как я разговаривал через саму душу.

— Ну, думаю, что ваш прежний командир, мой брат Артемис, не меньше вашего будет рад вашему освобождению. Да и с Неназываемым у него особые счёты. Поэтому у вас другой путь, вот только я немного укажу вам дорогу.

Я поднял Аквилу вверх.