Королевская кровь 10. Стальные небеса

 — Девочка сгорает на глазах.

Отец Оджи стоял на том же месте — обеспокоенный, седовласый. Чуть поодаль на носилках уносили к обители охранников, видны были уходящие зеваки. Времени, похоже, прошло совсем немного.

— Глубже ушла, — коротко объяснил Вей Ши. — Сейчас попробую закрыться от погружения и закончить вывод.

Он выдохнул, мысленно опуская барьер между собой и провидицей, и снова вжал подушечку большого пальца в центр ее лба, покрутил, потянулся второй рукой к ее затылку. Тело ее заметно расслабилось — верный знак, что сейчас очнется.

— Старый тигр, белые кости, слава тебе в смерти и посмертии, — запела-заговорила на йеллоувиньском юная тамиянь, глядя на него незрячими глазами с дрожащими зрачками. — Враг ли тебя сокрушит, ты ли его сокрушишь, смерти врата откроешь, смертью оплатишь…

"…один уйдешь, в грязь падешь", — закончил за нее мысленно Вей Ши и, вместо того, чтобы вывести ее, снял барьер.

Девочка Юноти стояла в гуще боя, зажмурившись и закрыв лицо руками.

Вокруг нее в грязи, в которую превратилось заливаемое дождем поле, йеллоувиньские солдаты врукопашную сражались со странными бойцами, полностью закованными в черную броню. Слышались выстрелы, грохот артиллерийских орудий, где-то поблизости визжали инсектоиды, но видимость из-за плотного дождя и ментального тумана была очень плохой. Силуэты людей то и дело смазывались, подергивались, будто вот-вот девчонка должна была провалиться в новое видение.

Вей бросился к ней — бойцы, сквозь которых он пробегал, расплывались сероватым маревом, — и тут за спиной его раздался гулкий и протяжный звук горна. Наследник обернулся.

Пространство за ним опустело, только ливень шумно бил по вязкой и блестящей черной грязи. Сражающиеся расступались, повинуясь неведомой силе, а на освободившееся поле ступил с одной стороны огромный, сияющий золотистой дымкой тигр, а с другой — инсектоид, которым управлял страшный старик в доспехах.

Наступила оглушающая тишина. Маленькая провидица позади Вея жалобно позвала его, но он не повернулся. Старик-иномирянин что-то насмешливо и гулко крикнул на рудложском, — Вей так ошарашен был, что не сразу расслышал:

— Хорошая шкура мне на трон.

Тигр высокомерно рыкнул, поднимаясь на задние лапы, — и встал уже великим императором Йеллоувиня, невозмутимым Хань Ши, кутающим тонкие руки в широкие рукава шелкового золотого халата.