Королевская кровь 10. Стальные небеса

Перед отбивающимися внизу магами вдруг поднялась пятерка вихрей-огневиков, стихийных духов, подчиненных амулетами Оливера Брина. Заверещали охонги, объятые пламенем, мучительно заорали наездники, а отступающие, отскочив от рухнувшего почти им на головы раньяра, побежали к пригорку.

До него оставалось несколько шагов, когда первый из магов вдруг беззвучно ухнул в открывшийся прямо под его ногами черный болотный бочаг. Не было ни звука, ни всплеска — вязкая жижа сомкнулась над головой упавшего, беззвучно покатилась к краям и замерла.

На поверхности надулся огромный метановый пузырь и лопнул.

Наступила такая тишина, что стало слышно, как у горящих машин на дороге стонут раненые иномиряне, и даже нападающие в изумлении замолчали. Второй маг, упав на живот, зашарил в жиже рукой, Оливер Брин схватил его за ноги, оттаскивая.

— Он мертв уже. Мертв, — крикнул он товарищу в лицо. — Ты тоже туда хочешь?

Мужчины на пригорке, грязные, тяжело дышащие, забыв про преследователей, которых сейчас уничтожали духи Брина, молча смотрели на болотное окно полутора метров в диаметре.

Напоминание, что проклятие найдет виновных где угодно.

— Мы же все вокруг проверили, — дрогнувшим голосом проговорил Макроут. — Я сам там проверял. Там не было провала.

Отставшие, тщательно глядя под ноги, перебрались на пригорок, и темные начали один за другим уходить в Зеркало. Последним шагнул Брин — но перед этим он коснулся амулета, и к нему огненной лентой проскользил единственный огнедух. Остальные истратили силы и развеялись.

Они вышли из Зеркала среди снегов, у входа в горное убежище. Дуглас Макроут деактивировал артефакт, на который Черныш завязал питание перехода, и отряд прошел в расщелину, а затем по длинному наклонному каменному коридору — туда, где давным-давно ушедшими отсюда то ли отшельниками, то ли монахами рядом с большими пещерами были выдолблены маленькие "кельи", которые использовались заговорщиками как спальни.

Пещера, заменяющая им и гостиную, и столовую, встретила вернувшихся затхлостью и холодом.

Замигали и загорелись магические светильники, освещая широкий стол, стулья, а также уставших и подавленных от очередной нелепой смерти людей. А ведь с утра, после того как во сне темные ощутили движение Источника и рассказали об этом не-темным и слишком слабым, чтобы видеть сны, соратникам, в убежище царила эйфория: первый раз за несколько недель здесь звучал смех, единомышленники улыбались, готовясь к очередной вылазке.