Королевская кровь-12. Часть 2 (СИ)

Они сбивали летящих к ней стрекоз — тех, что ухитрялись проскользнуть между огнедухами, предупреждали о появлении отрядов, уничтожали группы захватчиков, если тем не посчастливилось оказаться там, где в очередной раз проплавляла мостовые Ангелина.

И пусть у нее уже дрожали руки от напряжения, так велики были ее горе и ярость, что казалось: сил только прибавляется. Раньше бы они ушли в пространство, заморозив все вокруг, а теперь питали ситорию, а ситория давала силы Ангелине. И ей казалось, что все вокруг дышит этой силой.

Великий терновник, оплетший Тафию для защиты людей от грядущих катастроф, посмотрев на работу Ани, тоже начал перегораживать улицы, взращивая хрустальные стены меж домами, но сил на это уже у него, очевидно, не хватало.

В один из моментов, когда она остановилась, покрытая испариной, уставшая от жары, от напряжения, от палящего сверху майского солнца, из лавовой широкой канавы у ее ног выпорхнул огнедух с кувшинчиком. Она посадила птаху на руку, вытряхнула из кувшина письмо. Развернула.

В нем лежали льняные пряди волос — цветом лишь чуть темнее, чем у нее. А на бумаге было написано:

Она улыбнулась. Из глаз по разгоряченному лицу потекли слезы.

— Смотри, что у меня для тебя еще есть, — сипло сказала она, подходя к содрогающейся стене дома. Драконы недоуменно следили за ней. Терновник зашевелился, глаза-цветы засияли. — Бери. Теперь ты сможешь перегородить им путь?

Побеги стихийного духа брали пряди почти благоговейно, впитывая их, передавая по лозе дальше. Вскоре все оплетенные дома вокруг Ангелины сияли белым — и волна этого сияния катилась по городу.

Когда Ангелина перегораживала еще одну из широких улиц, на которые ей указал Эри, из лавы вынырнул второй огнедух. С коньячной бутылкой — такие приходили из замка Вейн.

Марина писала о том, что Ангелина уже знала. А в конце было добавлено несколько строк, и Владычица словно услышала голос третьей сестры:

Ангелина, кусая губы, прижала письмо к кольнувшему сердцу.

Люди уходили из города, а заблокированные лавовыми полосами и хрустальными стенами улицы стали для отрядов, уже вышедших из портала, ловушкой. Они застревали в тупиках, они теряли драгоценное время, пытаясь прорубить себе путь и не попасть под удары лозы.