Королевская кровь-12. Часть 2 (СИ)

Она покалывала ладонь свежестью — и мой брачный браслет отозвался на нее холодком, пошла от артефакта целительная сила, а дети в животе завозились так, будто собрались на выход прямо сейчас. Я снова всхлипнула, и меня вдруг затрясло.

— Тишшесс, тишессс, — заволновались змеи. — Какаясс чувствительнаяссс девочкассс, нежнаяссс.

Я хотела рассмеяться, сказать, что они меня за кого-то принимают, но лишь вновь вытерла слезы со щек. Змеи обвили мне ноги, положили головы на живот и принялись что-то нашипливать мелодичное.

Дети стали успокаиваться. И я с ними.

— Спасибо, — со смешком поблагодарила я, когда хранительницы поползли обратно к зеркалу. — Признаться, я почти почувствовала себя лишней.

— Айссс, не ревнуйссс, — махнула хвостом одна из змеиц. Инри, кажется. — Придет время, и тыссс за ссчассстье будешшшь ссссчитать отдать их нам поняньчитьсссся хотя бы на часссок.

— Инриссс! — зачем-то шикнула на нее Осси, и первая змеица нервно прикрыла хвостом пасть.

Я хотела сказать, что никогда такого не будет — но вспомнила рассказы о том, как я липла к своей матери и как она замаялась таскать меня везде, и прикусила язык.

Змеицы насмешливо оглянулись, словно прочитав мои мысли, и исчезли в зеркале. А я обернулась к Осокину.

Тот стоял с каменным лицом.

— Я попрошу у Леймина открыть для вас двери из подвала, — сказал он. — Но мы пойдем с вами, госпожа.

— А если я не успею защитить замок и сюда придет море? — спросила я тяжело.

— Это риски моей работы, — сказал он просто, и я кивнула. Да, у каждого своя работа.

Мы вышли в рассветный Дармоншир — и я, бросив взгляд на встающее стенами море, отошла метров на двадцать и пошла вокруг замка в сопровождении гвардейцев. Здесь бил ураганный ветер, и мне приходилось то и дело цепляться за руку Осокина — правда, рядом с державой ветер чуть смирел, а то нас бы размазало о стены или деревья.

И только дети в моем животе щекотали меня изнутри, словно радуясь безобразию, творившемуся вокруг.

Замок был огромным — мы обошли его минут за двадцать, а затем поднялись на крыльцо и принялись подниматься наверх. Пять этажей дались мне с трудом — а залезание по железной лестнице в башню и того тяжелее.