Королевская кровь-12. Часть 2 (СИ)

Братья уже вышли за границу щита, установленного драконами, и прижимались к внешним колоннам, обвитым терновником, потому что провал подкрадывался к опоясывающей обитель галерее… а затем заскрипели основания внутренних колонн, съезжая в бездонное озеро, ведущее прямиком в другой мир через мириады километров, посыпалась мраморная крыша над головой — и по крику настоятеля монахи стали выбираться наружу через щели в терновнике.

— Великий, отходи, — шепнул настоятель хрустальным побегам, — иначе твоя защита не выстоит!

Терновник, перебирая побегами, вросшими в землю, отступал вслед за монахами, расширяя купол, а вслед за ним ползло туманное озеро, окруженное лепестками перехода и накрытое почти по самому краю щитом.

А затем… щит замерцал и начал разваливаться, потому что накопители, на которые он был установлен, один за другим соскользнули в бездну. У настоятеля Оджи сжало сердце — сколько сил потрачено на его установку, и все зря. Но вот расширение остановилось — туман становился гуще, еще гуще и тяжело шел по кругу, а лепестки наливались светом.

Наступила такая тишина, что слышно было тяжелое дыхание людей и шорох осыпающейся породы. Вершина холма, где прежде стояла прекрасная обитель, была срезана, над ней сиял купол терновника, а внутри в паре метров от драконьего щита трепетали лепестки созревшего перехода. Купол терновника был теперь такого размера, что под ним легко бы поместился дворец Владыки Четери с частью парка.

Из дымки показались первые люди. Они увидели монахов, так и стоящих вокруг бывшего храма — но не выказали удивления.

Они увидели терновник, и осмотрели его, и пощупали — первые тронувшие упали, уколовшись и уйдя в сон, и люди стали осторожнее, взгляды их — злее. По команде главного несколько человек попытались срубить побеги ножами и мечами — на терновнике оставались зазубрины, некоторые ветви были срублены — но и он бросался побегами и жалил, отправляя в сон то одного, то другого иномирянина.

Монахи, окружившие настоятеля, молча глядели на них, переживая потерю дома и бессилие перед лицом врага.

Храма больше не было, не было и храмовых земель, при нападении на которые братия имела право уничтожать нападавших.

— Не унывайте, братья, — проговорил настоятель негромко. — Наше стояние еще не окончено.

Неприятель не вступал в переговоры — заснувших быстро оттащили обратно в дымку, а через несколько минут из тумана вырвались с визгом и верещанием, разнесшимися по округе, пара сотен стрекоз.